Год 1920-й: битва за азовское море. часть ii

К Июню 1920 года гражданская война на Азове перешла в новую фазу. От операций на приморских флангах обе стороны перешли к борьбе за само море: белые пробовали забрать под контроль всю его побережье и акваторию, красные – удержать собственные позиции…

Защита красными Таганрогского залива

В середине июня 1920 года белый Азовский отряд постарался начать блокаду Таганрогского залива. Уже 10 июня канонерки «Страж» и «Грозный» обстреляли маяк на Белосарайской косе (между Мариуполем и Бердянском), а после этого пробовали высадить тут разведывательный десант.

Вечером 16 июня у Бердянска случился настоящий морской бой: красная канонерская лодка «Свобода» (бывшая «Орна», 500 т, одно 130-мм орудие) с плавбатереей №5 (одно 152-мм орудие) на буксире в течение двух часов с дистанции в 35–40 каб перестреливалась с тремя белыми судами, опознанными как «Урал», «Алтай» и «Никола Пашич». Плавбатарея выпустила около сотни снарядов, добившись как минимум одного пропадания в «Алтай» – по последующим показаниям перебежчиков, на канонерке было убито 6 и ранено 9 моряков. В итоге белый отряд отошел к югу, не добившись ни одного попадания.

Год 1920-й: битва за азовское море. часть ii

Театр войны в южной части России летом и в осеннюю пору 1920 года
Источник – Морской Атлас. Том III. Часть вторая

Сам Бердянск пара раз переходил из рук в руки. 25 июня его захватили белые, но уже 28 июня им было нужно покинуть его. Следующий раз Бердянск был захвачен белыми 1 августа, покинут – 8 августа. Так, применять данный порт как передовую базу красной Азовской флотилии стало нереально – более того, на грани оставался и сам Мариуполь.

Для прикрытия входа в Таганрогский залив было решено устроить минно-артиллерийскую позицию, установив на Белосарайской косе четыре 203-мм орудия, снятых с поврежденного в Кронштадте британской торпедой линейного корабля «Андрей Первозванный», а восточнее, на Кривой косе – батарею из двух 152-мм орудий. Южную часть прохода в залив (у косы Продолжительной) предполагалось перекрыть минным заграждением, оставив в нем узкий проход для собственных судов (на протяжении самого берега).

Северо-восточная часть Азовского моря – основной морской театр кампании
Источник – Л. Г. Конкевич. Летопись крушений и других бедственных случаев армейских судов русского флота. СПб, Типография Морского министерства, 1874

Но до начала июля орудия не прибыли, а выставить удалось только 60 мин типа «Рыбка». Но в строй Азовской флотилии вошла канонерская лодка «Знамя Социализма» – бывший ледокол №4, затопленный белыми при отступлении (585 т, два 130-мм и два 75-мм орудия), и четыре несамоходные плавбатареи – «Мирабо», «Революция, «Свердлов» (№6) и «Марат» (№7), вооруженные 152-мм орудием любая. С Каспийского моря в Мариуполь были переброшены 5 катеров-истребителей и воздушный дивизион из 18 истребителей (11 и гидросамолётов 7 разведчиков).

Десант полковника Назарова

Окрыленное успехом в Северной Таврии, белое руководство приступило к планированию следующих десантных операций. В этом случае их целью стал перенос военных действий на новые театры – Кубань и Дон. Врангель думал, что казачество готово снова подняться на восстание против коммунистов, и для этого необходимо только кинуть искру – послать на Кубань и Дон прекрасно вооруженный отряд, что начнет собирать около себя новую казачью армию.

Первой таковой искрой должен был стать отряд полковника Назарова численностью в 1750 пехотинцев при 25 пулемётах и 30 всадниках. В отряд кроме этого входила легкая батарея, два грузовика, один радиостанция и бронеавтомобиль. В отличие от прошлых десантов, данный не был обременен обозом – считалось, что казачьи территории сами по себе станут базой снабжения отряда.

Десант должен был высадиться у Кривой косы на северном берегу Таганрогского залива (между Таганрогом и Мариуполем), занять станицу Новониколаевскую (сейчас – город Новоазовск) и сделать ее базой восстания. Сам полковник Назаров был родом из этих мест, в мае-июне 1920 года он уже побывал в тылах красных и сделал вывод, что казаки готовы восстать.

В отряд высадки входили угольный эсминец «Живой» (по советским данным, это был однотипный с ним «Зоркий»), три канонерских лодки («Страж», «Алтай» и «Урал»), два самоходных болиндера (по одному 152-мм орудию на каждом) и вездесущий «Никола Пашич»; сами десантники были загружены на три баржи с буксирами.

Угольный миноносец «Зоркий» перед Первой мировой войной. К этому же типу относился и «Жаркий»
Источник – Н. Н. Афонин. Эскадренные миноносцы типа «Лейтенант Пущин». СПб.: Гангут, 2012

Операция была достаточно рискованной, потому, что судам следовало пройти мимо Мариуполя – базы красной Азовской флотилии. Но красные еще не успели создать намеченной минно-артиллерийской позиции на входе в залив, между Должанской и Белосарайской косами. Для выяснения обстановки боевые суда белых держались у входа в Таганрогский залив за пара дней до высадки.

Рано утром 9 июля белый отряд свободно преодолел минные заграждения у Продолжительной косы и начал высадку с наружной стороны Кривой косы – в том месте, где сейчас находится село Седово. Часть судов отделилась от отряда и держалась в виду Мариуполя, замечая за действиями красной эскадры. Около 12 часов дня две белые канонерки типа «Страж» обстреляли Белосарайский маяк.

Красный отряд в составе всех пяти канонерок, сторожевого судна «Данай» и двух катеров вышел в море из Мариуполя лишь в 13:45. Из-за низкого эскадренного хода («Красная Буденный» и «Звезда» развивали не более 5 узлов) до Кривой косы отряд дошел только к 19 часам, преодолев всего 25 миль.

Сейчас из-за косы показались суда соперника – сперва две канонерки (опознанные как шхуны типа «Урал») и колесный пароход (опознанный как гидрографическое судно «Веха»), после этого – «Живой», «Никола Пашич» и еще одно неопознанное судно. По окончании полуторачасовой бесплодной перестрелки на дистанции 50–60 каб суда разошлись (с наступлением сумерек), красный отряд возвратился в Мариуполь.

Это первенствовал настоящий морской бой на Азовском море, и обе стороны вели его чересчур с опаской. Красный отряд имел по пять 130-мм и 75-мм орудий, но на «Красной» и «Буденном Звезде» носовые орудия установить еще не успели, и канонерки имели возможность стрелять лишь на борт.

К тому же древесные подкрепления под тяжелые пушки были через чур не сильный и просели на протяжении стрельбы, почему «Красная» и «Буденный Звезда» утратили возможность вести пламя; на «Сталине» к концу боя перестал работать затвор орудия. Белый отряд имел четыре либо пять 152-мм орудий и три 75-мм орудия – другими словами, изначально силы были приблизительно равными.

Но белые также не показали инициативы – только «Живой» имитировал торпедную атаку, но наряду с этим побоялся очень сильно сближаться с соперником и отвернул на дистанции в 25 каб. Но, все задачи белого отряда были полностью выполнены и без решительного боя.

Канонерская лодка «Красная Звезда», 1921 год
Источник – Издание «Гангут», № 28/2001

Отряд полковника Назарова свободно высадился на берег, скоро захватил Новониколаевскую и пара окрестных станиц. Советских резервов в районе высадки не выяснилось, и в первые дни противодействие десанту оказывали, в первую очередь, канонерки Азовской флотилии, с 10 по 14 июля много раз обстреливавшие Новониколаевскую.

Тем временем для ликвидации десанта была создана оперативная группа из частей Юго-Западного и Кавказского фронтов под руководством Р. П. Эйдемана, базой которой стала 1-я кавалерийская дивизия. Назаров по радио запросил подкреплений, но из Керчи ответили, что суда к Кривой косе подойти более не смогут. Практически место высадки выяснилось блокировано: 14 и 18 июля Азовская флотилия выставила еще два заграждения у Белосарайской косы, а в конце месяца поставила в том месте же третье.

Всего было выставлено до 200 мин примера 1908 года – на одной из них подорвалась канонерка «Алтай», пробовавшая прийти на помощь десанту (либо же обстановку). Лодка осталась на плаву, поскольку речные мины типа «Рыбка» имели через чур небольшой заряд взрывчатки (позднее это спасло еще пара белых судов).

Уже 15 июля войска СССР заняли Новониколаевскую, а отряд Назарова с бронеавтомобилем, батареей и грузовиками двинулся в сторону Новочеркасска. На протяжении рейда по левому берегу Дона он увеличил собственную численность до 2500 штыков, но поднять восстание так и не удалось. В последних числах Июля отряд Назарова был разбит частями 9-й стрелковой дивизии у станицы Константиновской.

Самому полковнику удалось избежать плена и возвратиться в Крым, где он рассказал о пассивности населения и его нежелании бороться с коммунистами.

Высадка у Кривой косы еще раз продемонстрировала, что для успеха десантных действий требуется не только господство на море, но и достижение хотя бы локального превосходства на суше, и установление сотрудничества с сухопутным фронтом. В случае если соперник сумеет изолировать десант перед тем, как он соединится с армиями на суше, будущее высадившихся окажется печальной, сколь бы успешной ни была морская часть операции.

Несостоявшаяся высадка красных в Геническе

С конца июля 1920 года обе стороны стали деятельно планировать десантные действия и готовить для них особые силы. Красное руководство начало подготовку десантной операции в Геническ: высаженные тут войска должны были соединиться с армиями правобережной группы 13-й армии, наступающими с Каховского плацдарма. Для управления данной операцией в Мариуполь прибыл глава Морских сил Республики А. В. Немитц (бывший командующий Черноморским флотом).

12 августа он отдал приказ о формировании Морской экспедиционной дивизии – первого советского соединения морской пехоты.

Глава Морских сил Советской республики А. В. Немитц
Источник – cadethistory.ru

Дивизия складывалась из четырех полков двухбатальонного состава (Днепровского, Черноморского, Каспийского и Волжского), кавалерийского полка, артиллерийской бригады (3 батареи по 4 орудия) и инженерного батальона. Боевая численность дивизии (без вспомогательного персонала и тылов) составила до 3000 сабель и штыков.

Для ее перевозки была подготовлена особая транспортная флотилия из мобилизованных гражданских судов: 12 транспортов со скоростью хода 5–9 узлов, талантливых в один момент принять на борт до 5000 человек. К этому же времени в состав Азовской флотилии вошли две новые канонерки – «Советская республика» (456 т) и «III Интернационал» (783 т). Любая из них несла по два 120-мм орудия, снятых с броненосца «Андрей Первозванный», последняя кроме этого имела 76-мм зенитную пушку Лендера.

Десант в Геническ был назначен на утро 16 августа. По окончании высадки вход в Утлюкский лиман следовало перекрыть минным заграждением, а для его охраны у косы Бирючий остров покинуть две либо три плавучих батареи. Дабы помешать действиям белых судов, было решено за два дня до высадки в Геническе перекрыть минами выход из Керченского пролива.

Для этого вечером 13 августа из Мариуполя вышел отряд военмора В. Ф. Медведева: Пугачев и «сторожевые» суда «Данай» (одно 75-мм и одно 57-мм орудие на каждом) с баржей «Дон» на буксире, сопровождаемые пятью катерами-истребителями – на одном из них был сам Немитц. Баржа несла 250 мин типа «Рыбка». По окончании постановки мин катера должны были отделиться от отряда, обследовать юго-западную часть Азовского моря, а после этого идти для разведки в Геническ.

Быстроходный сторожевой катер-истребитель компании «Гринпорт» – на одном из таких 13 августа 1920 года А. В. Немитц выходил для обследования юго-западной части Азовского моря
Источник – Издание «Гангут», № 28/2001

Заграждение было поставлено удачно, но в рассветных сумерках отряд Медведева нежданно встретил вражеские суда, шедшие на юг на протяжении Кубанского побережья. Ввиду явного превосходства сил соперника Медведев с двумя сторожевиками отошел в Темрюк. Баржу «Дон» было нужно кинуть, сняв с нее людей – она отвлекла внимание белых, что разрешило сторожевикам свободно укрыться в порту.

Катера-истребители еще до этого утратили друг друга, в итоге задания по разведке не выполнили и возвратились напрямую в Мариуполь.

«Несколько особенного назначения»

Белые суда были отрядом, возвращавшимся по окончании высадки десанта у станицы Ахтарской. Эта высадка стала наибольшей десантной операцией сторон за всю гражданскую войну, ее целью было создание нового антибольшевистского фронта на Кубани. Все силы десанта именовались «Группой особенного назначения», ее командующим был назначен генерал С. Г. Улагай, начальником штаба – генерал Д. П. Драценко. В состав группы вошли следующие силы:

  • 1-я Кубанская казачья кавалерийская дивизия генерала Н. Г. Бабиева (около 1000 сабель, 35 орудий и 6 пулемётов);
  • 2-я Кубанская казачья дивизия генерала А. М. Шифнер-Маркевича (900 штыков, 100 сабель, 48 орудий и 8 пулемётов);
  • Сводная пехотная дивизия генерала Б. И. Казановича (около 2500 штыков, 50 пулемётов, 12 орудий);
  • «Волчья сотня» есаула Колкова.

Генерал С. Г. Улагай
Источник – Первые битвы Добровольческой армии. М.: Центрполиграф, 2001

Всего в боевых частях десанта насчитывалось до 5000 сабель и штыков при 12 орудиях, 130 пулемётах, нескольких аэропланах и 8 броневиках. Генерал Улагай пользовался популярностью среди казаков – Врангель думал, что лишь он сможет поднять казачество на повести и восстание за собой:

«Хороший кавалерийский глава, разбирающийся в обстановке, храбрый и решительный, он во главе казачьей конницы имел возможность творить чудеса».

Снова подняв казаков на борьбу, Улагай должен был соединиться с «Армией восстановления России» генерала Фостикова, действовавшей недалеко от станиц Баталпашинской и Лабинской (до 15 000 сабель и штыков, 5 орудий, 60 пулеметов), и создать на Кубани новый театр борьбы с коммунистами.

Состав морского отряда, выделенного для высадки армий Улагая, до конца не ясен – ни советские, ни эмигрантские, ни современные работы его не именуют и по большому счету уделяют минимальное внимание морской части операции. Возможно высказать предположение, что в десанте принимала участие главная часть Азовского отряда капитана 1-го ранга Н. Н. Машукова: 7 канонерских лодок, вспомогательные суда (а также, вездесущий «Никола Пашич»), и один либо два угольных эсминца (как мы знаем, что на одном из них шел сам Улагай).

Выйдя утром 13 августа из Керченского пролива, к вечеру громадный караван (более чем 30 судов) остановился среди Азовского моря для сбора всех начальников на армейский совет – радиостанций на большинстве судов не было. Только на этом совете был оглашен замысел высадки и указан порядок действий каждого судна. Высадка должна была проводиться следующим образом: баржи подводились катерами к берегу и сажались на мель, с них по сходням (обычно прямо в воду) выгружался десант, по окончании чего баржи употреблялись как причалы для более больших пароходов.

Высадка генерала полковника и десантов Назарова Улагая
Источник – Н. П. Липатов. 1920 год на Черном море

Утром 14 августа пост работы связи в станице Камышеватской (30 км к северу от Приморско-Ахтарской, на другой стороне Ясенского залива) сообщил в Мариуполь о том, что видит 11 судов соперника. Высланный из Мариуполя разведывательный гидроплан сказал, что в районе Ачуева нашёл группу из 16 судов – а также, 6 громадных, 5 малых, буксир с четырьмя баржами и миноносец.

Белые открывают фронт на Кубани

Высадка группы Улагая началась утром 14 августа с десанта Алексеевского полка Сводной дивизии у хутора Верещагинский (8 км севернее станицы Приморско-Ахтарской) по окончании маленького обстрела берега. Выгрузившись, полк нападал Приморско-Ахтарскую, где пребывали две роты охранного батальона (по советским данным – 100–150 штыков, согласно данным белых – всего 75), скоро отошедшие в станицу Ольгинскую (20 км юго-восточнее, по дороге на станцию Тимашевская).

Затем началась разгрузка судов в двадцатикилометровой береговой полосе от Приморско-Ахтарской до протоки, ведущей в Бейсугский лиман. По донесению, поступившему в штаб размешавшейся тут 1-й Кавказской кавалерийской дивизии, высадку осуществляло в общем итоге 20–30 судов (позднее показания красноармейцев, отошедших в Ольгинскую, увеличили их число до 30–40).

15 августа своевременная сводка Кавказского фронта отмечала, что 18 судов разгружаются у протоки и села, еще 8 стоят у Верещагинского. Днем мимо Камышеватской на север, к Должанской косе, прошли три неприятельских судна, одно из которых обстреляло берег. В то же самое время над станицей Роговская (между Ольгинской и Тимашевской) пролетел аэроплан, скинувший листовки с просьбой восстать против коммунистов, обрывать линии телеграфной и телефонной связи.

В данный сутки советские самолеты бомбили пароходы, разгружавшиеся в Приморско-Ахтарской – от взрыва бомбы погиб замкомандира Алексеевского полка полковник Вертоградский.

Высадка группы Улагая длилась три дня. Не ждя ее окончания, белые войска по единственной дороге между Ахтарским и Бейсугским лиманами двинулись к узловой станции Тимашевская. Навстречу им были выдвинуты части пребывавшей тут 1-й Кавказской кавалерийской дивизии М. Г. Мейера, опытного офицера ветхой армии – около 1000 штыков и 200 сабель при 8 орудиях, усиленные двумя бронепоездами, двумя бронеавтомобилями и двухорудийной 152-мм батареей на тракторной тяге.

Атака 1-й Кубанской кавалерийской дивизии 14–15 августа 1920 года
Источник – А. А. Голубев. Врангелевские десанты на Кубани

С полудня 15 августа красная дивизия пробовала наступать обеими собственными бригадами на протяжении железной дороги от Ольгинской на Приморско-Ахтарскую. Наряду с этим левофланговая 1-я бригада добилась успеха, окружив и стёрши с лица земли у Свободных Деревень 3-й Гренадерский батальон белых – до 200 человек было изрублено, еще 110 (среди них более чем 50 офицеров) попали в плен, начальник батальона полковник Смирнов погиб. «Мало кто пробился из окружения. Большая часть были либо изрублены красной конницей, либо сдались в плен», – писал один из офицеров батальона Б. Пылин.

Но шедшая слева 2-я бригада взяла удар во фланг от Уманского полка и откатилась назад, в итоге всей дивизии было нужно отойти к Ольгинской. Наряду с этим отмечалась весьма хорошая стрельба артиллерии белой Сводной пехотной дивизии – ею был выведен из строя один бронеавтомобиль и подбит красный бронепоезд.

К финалу 15 августа от военнопленных были взяты сведения об подлинной численности десанта и о том, что добрая половина его боевых частей уже выгружена. Стало ясно, что соперник имеет важное превосходство, исходя из этого 1-я Кавказская кавдивизия приобрела новое распоряжение: удерживать предел станиц Ольгинская и Бриньковская до подхода резервов – Приуральской стрелковой бригады (5200 штыков, 400 сабель), 14-й и Таманской отдельных кавалерийских бригад (по 400–500 сабель).

Утром 16 августа красным удалось выбить соперника из Бриньковской, устранив угрозу собственному правому флангу, но предстоящие попытки наступления успеха не имели. Утром 17 августа, завершив высадку и сосредоточение, белые нанесли сильный удар, смяв правый фланг 1-й Кавказской кавдивизии и отрезав ей путь отхода на Тимашевскую.

Подход 14-й кавбригады не спас положения: она прорвалась на Тимашевскую, не установив сотрудничества с остальными армиями, в следствии чего колонны 1-й Кавказской кавдивизии, двинувшиеся следом ночью без боевого охранения, попали в огневую ловушку. Утратив в этом бою всю артиллерию, практически все пулеметы и половину личного состава, дивизия была рассеяна и к утру 18 августа прекратила существовать как боевая единица.

Остатки ее 2-й бригады отошли на Тимашевскую, 1-й бригады – на Брюховецкую. Комдив Мейер раненым попал в плен и позднее был казнен.

Разгром 1-й Кавказской кавалерийской дивизии 17 августа 1920 года
Источник – А. А. Голубев. Врангелевские десанты на Кубани

Днем 18 августа Сводная пехотная дивизия заняла Тимашевскую. На левом фланге 1-я Кубанская казачья дивизия захватила станицу Брюховецкую (в 15 км севернее Тимашевской), а на правом фланге 2-я Кубанская казачья дивизия вступила в Новонижестеблиевскую и Новониколаевскую (в 30–35 км к югу от Приморско-Ахтарской). Появился плацдарм в виде языка, вытянутого к Екатеринодару, 90 км в глубину и 45 км в ширину, с севера прикрытый Бейсугским лиманом.

Для помощи главного десанта 16 августа восточнее Анапы был высажен Отдельный отряд генерала А. Н. Черепова (около 500 штыков при двух горных орудиях). Он был сразу же атакован частями 22-й стрелковой дивизии, разбит и в ночь на 22 августа эвакуирован обратно в Крым. 24 августа в Тамани высадился Таманский десантный отряд генерала Харламова (2900 штыков, 6 орудий, 25 пулеметов), что занял станицы Ахтанизовская и Вышестеблиевская, но дальше продвинуться не смог. Врангель, в первоначальный же сутки высадки лично прибывший в Тамань, с разочарованием констатировал:

«Станица была практически безлюдна. Немногие оставшиеся казаки были совсем запуганы, не веря в отечественный успех и ожидая ежечасно возвращения красных».

Кризис Улагаевской операции

Советское морское руководство было ошеломлено, растеряно и на какое-то время деморализовано. Конечно, от высадки в Геническе было нужно отказаться – тем более что наступление правого крыла 13-й армии уже 12 августа было остановлено соперником, а центр армии так и не смог прорвать оборону белых у Громадного Токмака. 20 августа в Темрюке были затоплены суда Темрюкского отряда: канонерка «Червонный Казак», пароход «Слава морякам» и плавбатарея «Карл Либкнехт».

Пугачев «и» Сторожевики «Данай» еще 17 августа ушли из этого обратно в Мариуполь, держась центральной части моря.

19 августа глава Морских сил Тёмного и Азовского морей А. В. Домбровский (бывший начальник броненосца «Полтава») докладывал командующим Юго-Западным и Кавказским фронтами: «Принимая к сведенью огромный перевес сил соперника, считаю активное выступление Азовской флотилии против основных сил его флота неосуществимым». Домбровский вычислял вероятным лишь действия против вражеских дозорных судов в устье Таганрогского залива и постановку минного заграждения у Приморско-Ахтарской.

Справедливости для небходимо отметить, что первая минная постановка в месте высадки белого десанта была совершена уже в ночь с 18 на 19 августа катерами-истребителями, выставившими у Приморско-Ахтарской сотню мин. В целом руководство советских морских сил достаточно скоро пришло в себя и получило решимость – но, не всегда в полной мере обдуманную.

Уже в ночь с 19 на 20 августа отряд из пяти канонерок, двух сторожевых судов и трех катеров-истребителей вышел из Мариуполя к Белосарайской косе, где в дозоре пребывала вражеская канонерка типа «Страж». Канонерка сразу же ушла на юг, и с того времени белые суда у входа в Таганрогский залив не оказались.

Днем 21 августа красная Азовская флотилия в полном составе прибыла к Приморско-Ахтарской, обстреляла берег, пристань и станицу. К этому времени белые суда уже покинули район высадки, противодействие обстрелу оказали только две аэропланы и полевые батареи; пулеметным обстрелом с воздуха на судах было ранено пара человек. Это наступление привело к тревоге генерала Улагая и вынудило его убрать из этого штаб собственной группы армий.

В данный же сутки севернее Тимашевской красные части нападали левый фланг группы Улагая и продвинулись до станицы Роговской, перерезав дорогу на Приморско-Ахтарскую. Коннице генерала Бабиева удалось вернуть положение, но на следующий сутки подошедшие советские резервы нападали саму Тимашевскую. Фронт был прорван, белые покинули Тимашевскую, продержавшись в ней всего четыре дня.

Связь между дивизиями прервалась, а штаб группы Улагая, переведенный в Ольгинскую, появлялся тут уже и под пулеметным обстрелом. В этих условиях Улагай запаниковал. В ночь с 22 на 23 августа он послал Врангелю весточку:

«Ввиду обнаружения снова прибывших свежих частей соперника и подавляющей численности неприятеля считаю положение важным и прошу спешно выслать к поселку Ахтарскому суда для обеспечения погрузки десанта».

23 и 24 августа развернулись бои не на жизнь а насмерть за Ольгинскую. 1-й казачьей кавдивизии генерала Бабиева удалось отбить атаки красных и вернуть сообщение с соседями. Только по окончании отступления 2-й казачьей дивизии на правом фланге Бабиев покинул Ольгинскую и отошел на юг к хутору Степному.

Улагай также пришел в себя, и в ночь с 24 на 25 августа послал Врангелю новую весточку о том, что необходимость присылки судов отпала.

Однако, северный фронт плацдарма по Бейсугскому лиману упал, группе Улагая было нужно уходить на юг – в том направлении, где еще не было красных армий. Штаб группы был перенесен в станицу Новонижестеблиевскую. Сейчас сам Улагай совсем разругался со своим начальником штаба генералом Драценко и практически отстранил его от дел.

25 августа в Новонижестеблиевскую на аэроплане прибыл новый начальник штаба – генерал Коновалов.

Удар в вакуум

Тем временем 24 августа красная Азовская флотилия, наконец, перешла к активным действиям, высадив на Кубанском побережье морскую экспедиционную дивизию. Рейд был подготовлен весьма шепетильно: 21–23 августа дивизия грузилась на транспорты в Мариуполе и вышла в море 24 августа в 2 часа ночи. Транспортный отряд из 11 пароходов, 3 барж и 2 плавбатарей с буксирами двигался на протяжении самого берега; на плавбатареи кроме этого была загружена часть пушки десанта – и сил лошади.

Ближним эскортом отряда помогали 3 сторожевых судна и 2 плавучих батареи. Боевые суда флотилии (5 канонерок) шли мористее для защиты от вероятных атак соперника. Еще дальше в море и впереди отряда шла группа из пяти моторных катеров-истребителей, составлявших боевое охранение. Для защиты от атак с воздуха на канонерках спешно установили четыре 76-мм зенитных пушки Лендера.

Радиостанция имелась лишь на «Буденном», исходя из этого для связи с отрядом употреблялись гидросамолеты, специально для этого переброшенные в Мариуполь из Таганрога, где размешался гидроотряд.

Несколько бойцов Морской экспедиционной дивизии
Источник – Н. П. Липатов. 1920 год на Черном море

Из-за судов и большинства низкого хода кораблей отряд двигался весьма медлительно. В 8 часов утра на расстоянии 200 каб западнее Камышеватской косы катера-истребители нашли вражескую канонерку типа «Урал» – не вступая в перестрелку, она ушла на юг. В 10 часов в 300 каб к юго-западу от косы Продолжительной катера увидели неприятельский миноносец типа «Жаркий», что также ушел на юг.

Дабы одурачить соперника, командующий флотилией Е. С. Гернет покинул транспортный отряд в 150 каб к северу от Камышеватской косы, а сам с кораблями ВМФ умышленно повернул обратно к Мариуполю. Когда соперник скрылся из виду, флотилия продолжила перемещение на юг.

Все было бы прекрасно, если бы не одна серьёзная подробность: вместо запланированной высадки в тылу соперника глава Морской экспедиционной дивизии П. И. Смирнов решил проводить ее… на собственной территории – у станицы Камышеватская, где размешался наблюдательный пост Азовской флотилии. Основанием для для того чтобы решения стала доставленная гидросамолетом своевременная сводка Кавказского фронта, информировавшая о том, что десант Улагая разгромлен и отступает к Ахтарскому рейду.

Из этого направляться, что ответ о смене места высадки было принято уже в море днем 24 августа. Так или иначе, оно было поддержано главой флотилии Гернетом. Так, руководство операции, опасаясь, что на берегу могут быть большие силы соперника, решило перенести удар «в вакуум».

К Приморско-Ахтарской были направлены только боевые суда флотилии – в 20:30 они обстреляли вокзал и район пристани, тогда как катера-истребители поставили на рейде еще одно заграждение. Огонь в ответ вражеских батарей был не сильный и неточен. После этого красные суда возвратились к месту высадки десанта.

Сама высадка началась в 17 часов у основания Камышеватской косы на голом песчаном берегу, ее закрывали плавбатареи и сторожевые суда. Разгрузку было необходимо вести всю ночь и целый следующий сутки, в общем итоге она заняла 27 часов. Еще до ее окончания, 25 августа в 18:30 в море показалась вражеская канонерка «Урал», а чуть позднее еще три («Страж», «Всадник» и «Грозный») в сопровождении миноносца «Жаркий». Но в бой белые не вступали, ограничившись наблюдением.

Ночью все красные суда возвратились от Камышеватской в Мариуполь.

Так, высадка была прекрасно организована и удачно совершена, но не в тылу соперника, а за его флангом, на собственной территории – практически обращение шла о переброске армий морем. За столь неотёсанное нарушение замысла операции Гернет и Смирнов были сняты со собственных должностей, руководство Азовской флотилией принял С. А. Хвицкий, а Морской дивизией – прибывший с Каспия И. К. Кожанов.

Эвакуация из Ачуева

Нельзя сказать, что высадка у Камышеватской была совсем тщетной – двинувшись на протяжении берега на юг, Морская дивизия переправилась через Бейсугский лиман у августа и 30 Перевоза заняла Приморско-Ахтарскую. Но к этому времени база группы Улагая уже была перенесена в Ачуев, куда и отводились белые силы – так, сообщение фронта об отходе соперника к Приморско-Ахтарской выяснилось ошибочным. 31 августа Морская экспедиционная дивизия получила приказ на отход в Ейск, откуда 4–6 сентября была перевезена в Мариуполь.

Значительно большее значение сыграл речной десант, организованный по инициативе участника Революционного военсовета Кавказского фронта Г. К. Орджоникидзе. Отрядом, собранным из моряков Новороссийской базы и усиленным добровольцами (1050 штыков, 155 сабель, 4 пулемётов и 15 орудия), руководил глава Екатеринодарского гарнизона Е. И. Ковтюх. Комиссаром отряда был назначен Д. И. Фурманов, позднее обрисовавший эту операцию в повести «Красный десант».

На баржах и пароходах десантный отряд Ковтюха прошел из Екатеринодара по рекам Кубань, Протока и утром 28 августа высадился у станицы Новонижестеблиевской, где был штаб группы Улагая. В следствии неожиданной атаки тылы и управление белых были дезорганизованы.

К этому времени соотношение сил на Кубани изменилось. Не смотря на то, что Улагаю удалось мобилизовать две-три тысячи казаков, эти пополнения чуть ли восполняли утраты – причем выбиты были лучшие и самые мотивированные белые войска (в первую очередь, добровольцы). Казачьего восстания не случилось, местное население не показало жажды вести войну с коммунистами.

Из воспоминаний участников Улагаевского десанта видно, что во многих станицах казаки при приближении белых скрывались, а на улицах оказались лишь дамы.

Одновременно с этим войска СССР скоро усиливались: на конец августа в них уже насчитывалось 20 000 штыков, 5000 сабель и более чем 85 орудий. Сейчас Улагаю приходилось думать не о наступлении на Екатеринодар, а об эвакуации в Крым.

30 августа части красной 9-й армии заняли станицу Степная, отрезав 1-ю Кубанскую кавдивизию, пребывавшую восточнее Ахтарского лимана, от главной белой группировки; дивизии было нужно покинуть Приморско-Ахтарскую и отступать через плавни на запад. В порту Ахтари выяснилось кинуто большое количество доставленного ко мне и без того и не использованного снаряжения. Сам Улагай начал отход к Ачуеву – городу в устье Протоки (правого русла Кубани), что был выбран в качестве пункта для эмбаркации десанта.

Уже 31 августа из этого начался вывоз армий обратно в Крым, завершившийся к 7 сентября. Часть группы эвакуировалась через покинутый красными Темрюк, вторая часть отошла на Тамань, соединилась с отрядом генерала Харламова и была эвакуирована вместе с ним. Отряд приблизительно в 400 сабель прорвался на юго-восток и в последних числах Сентября присоединился к армии Фостикова, ненадолго занявшей Адлер.

Таманский полуостров. Фрагмент карты 1902 года

Красная Азовская флотилия не мешала эвакуации Улагая с Кубани, не смотря на то, что в штабе Кавказского фронта было известно о ее проведении, а советские самолеты бомбили транспорты в устье Протоки. 2 сентября воздушная разведка зафиксировала тут 14 баржи и больших 2 судов. На следующий сутки штаб Кавказского фронта внес предложение высадить в Ачуеве десант, но флот отказался, аргументируя это неготовностью Морской дивизии в Ейске и в ответ предложив перебросить ко мне части 9-й армии из Приморско-Ахтарской.

Только 5 сентября четыре катера Азовской флотилии были отправлены для разведки к Ачуеву, но встретившись с вражеским миноносцем типа «Жаркий», были вынуждены возвратиться в Мариуполь. Главная деятельность флотилии в это время заключалась в постановке мин: в ночь с 28 на 29 августа у Керченского пролива было выставлено 50 мин, а 31 августа в устье Таганрогского залива между косами Белосарайская и Продолжительная – еще 250.

На протяжении операции по высадке и последующему снятию группы Улагая на советских минах подорвался миноносец «Жаркий» и транспорт «Волга», но из-за малой мощности зарядов речных мин типа «Рыбка» оба остались на плаву, взяв только маленькие повреждения. Иначе, активные минные постановки красные имели возможность вести лишь быстроходными катерами-истребителями, а на них помещались только мины этого типа.

Красная флотилия улучшается

Тем временем красное руководство усиливало собственную береговую оборону и вводить в строй новые суда – в частности, канонерские лодки «Труд» (два 152-мм орудия) и «Красноармеец» (два 102-мм орудия). В Темрюке была поднята и восстановлена канонерка «Червонный Казак» (два 130-мм орудия). На судах установили морские дальномеры, древесные подкрепления под орудия заменили железными.

Для более своевременной реакции Азовской флотилии на действия белого флота было предложено оборудовать передовую базу в Приморско-Ахтарской. Длилась подготовка десантной операции недалеко от Геническа – для этого руководство Юго-Западного фронта 12 сентября приказало усилить Морскую экспедиционную дивизию, доведя ее до 5000 сабель и 1000 штыков. В ее состав были включены Беломорский и Кронштадтский полки, еще один артиллерийский дивизион и кавалерийский полк.

При успешных действий на сухопутном фронте предполагалась кроме этого высадка десанта в Керчи.

Боевые действия на Азовском море в августе-сентябре 1920 года
Источник – Н. П. Липатов. 1920 год на Черном море

14 сентября для разведки Генического порта из Мариуполя были высланы четыре катера-истребителя: «Зоркий», «Ужасный», «Пылкий» и «Неспокойный» под руководством главы дивизиона истребителей Г. А. Бутакова. По дороге «Пылкий» наткнулся на топляк, повредил средний винт и был послан обратно.

Три остальных катера в 13:20 прибыли к Геническу, два из них начали разведочное траление, а Бутаков на «Зорком» остановил подошедший с моря парусник и опросил его команду, интересуясь всеми вероятными подробностями – от размещения батарей береговой обороны до цен на местном рынке. Стало известно, что на рейде стоит минный заградитель «Дунай», итальянский русский пароход и пустой транспорт с грузом зерна. Приблизившись к причалам, «Зоркий» обстрелял их из 47-мм пушки, приведя к панике на берегу.

После этого катера возвратились в Мариуполь.

Стоимостями на еду красные интересовались не напрасно: они являлись ответственным маркером состояния тыла и настроений населения. Участники Улагаевского десанта позднее воспоминали, как были поражены дешевизной и обилием еды на Кубани. В Крыму продуктов питания не хватало, и они были дороги.

В это же время, Врангель деятельно реализовывал зерно за границу – оно оставалось единственным источником валюты.

В целом, в конце августа-начале сентября 1920 года обстановка на Азовском море характеризовалась примерным равновесием сил. Белые с уверенностью ощущали себя в южной части моря, близко к собственной базе в Керчи. Тут белый флот свободно высаживал и эвакуировал собственные войска.

Но он был не в состоянии мешать действиям красных в северной части моря, не показал должной решительности при высадке вражеской Морской экспедиционной дивизии на границе «территорий контроля» и, более того, не смог обезопасисть базу десанта в Приморско-Ахтарской.

Со своей стороны, красные выходили в южную часть моря с громадной осторожностью, предпочитая функционировать тут быстроходными катерами. Изюминкой действий красного флота стало да и то, что он деятельно и умело использовал минное оружие, которым белые не пользовались вовсе.

Продолжение направляться

литература и Источники:

  1. Н. П. Липатов. 1920 год на Черном море. М.: Воениздат, 1958
  2. К. В. Агуреев. Разгром белых армий Деникина. М.: Воениздат, 1961
  3. А. А. Соболев. Красный флот в гражданской войне 1918–1920 г. Л., 1924
  4. А. А. Голубев. Врангелевские десанты на Кубани. Август-сентябрь 1920 года. М.-Л., 1929
  5. С. С. Бережной. вспомогательные суда и Корабли советского ВМФ (1917–1927 гг.). М.: Воениздат, 1981
  6. В. П. Заблоцкий. «Малоизвестная война» на Азовском море // Гангут, № 28/2001
  7. Белый десант на Кубани. Август 1920. Краснодар: Советская Кубань, 2000
  8. Флот в Белой борьбе. Сборник. М.: Центрполиграф, 2002
  9. Морской Атлас. Том III. Часть вторая. ГШ ВМФ, 1966
  10. Гражданская война в Российской Федерации: Черноморский флот. М.: ACT, 2002
  11. Гражданская война в СССР. В двух томах. Том второй. М.: Воениздат, 1986

ГРЯЗЕВОЙ ВУЛКАН ТИЗДАР / АЗОВСКОЕ МОРЕ / ЧАСТЬ 1/MUD VOLCANO TIZDAR / AZOV SEA / Вера Ляба


Темы которые будут Вам интересны: