Интервенция в тулоне

Тулон во время Французских революционных войн 1792–1802 годов был ареной ожесточённых сражений. Этот город антифранцузская коалиция выбрала в качестве места для вторжения, по окончании чего планировалось разжечь пламя гражданской войны на всём юге Франции. Тут же в первой половине 90-ых годов XVIII века в первый раз прогремело имя будущего императора французов Наполеона Бонапарта.

Как же британцам, их союзникам и испанцам удалось захватить основную базу французского флота на Средиземном море и из-за чего они не смогли её удержать?

Славный город Тулон

В первой половине 80-ых годов пятнадцатого века Людовик XII присоединил Прованс к королевскому лену и вернул уничтоженную во второй половине 70-ых годов двенадцатого века рыболовную деревушку Тело. В том месте были заложены цитадель, дескать и два бастиона. Так началась история Тулона – колыбели французского флота. Уже в первой половине 20-ых годов шестнадцатого века, на протяжении одной из франко-испанских войн, Карл V захватил данный порт, где базировались французские корсары, но через год Франциск I отбил его.

Шестью годами позднее Тулон нападали алжирские пираты, но жители смогли отстоять крепость.

Позднее Генрих IV обнёс город каменной стеной, повелел выстроить ещё один дескать, поставил по периметру форты и сторожевые башни. Тулон взял собственную арсенал и внутреннюю гавань. Во времена Людовика XIII и Ришелье тут разместились судостроительные верфи, на которых эти агрессивные французы строили галеры для битв с испанцами.

Но настоящей военной базой Тулон стал при Людовике XIV. Кольбер, будучи морским министром Франции, думал, что сосредоточить флот Леванта следует в одном месте. Он решил, что именно Тулон станет военно-морской базой, а Марсель будет наибольшим торговым портом.

Под управлением Вобана совокупность обороны Тулона была капитально перестроена – была создана Новая Внутренняя гавань (Darse Neuve), Ветхая Крепость приобрела новые цепь и бастионы фортов.

В конце XVII — начале XVIII века Тулон воображал из себя настоящую военно-морскую базу. Из этого выходили эскадры Дюкена, Турвилля, д’Эстрэ, Шато-Рено, Кэтлогона и многих вторых великих французских адмиралов, чтобы громить испанцев и алжирцев, англичан и голландцев. Тогда же крепость подверглась нескольким блокадам со стороны английского флота.

К 1780 году Тулон являлся одним из наибольших портов Европы, имевшим многочисленные верфи и свой арсенал, на которых трудилось до 4000 рабочих.

Интервенция в тулоне

гавань и Крепость Тулона в первой половине 90-ых годов XVIII века

Сильнейшие форты Сент-Катрин, Артиг, Фарон вместе с господствующим над ними 148-пушечным бастионом Ля Мальг защищали вход в гавань с востока. С запада город закрывали башни Помец и Мальбюскье (обе были не достроены), северное направление закрывал форт де ля Маск. Дополняли совокупность обороны два бастиона, с которых всецело простреливалась акватория порта – Эгуитт и Балагье, и форт Сент-Луи, осуществлявший контроль подходы с моря.

В центре Тулона размешались две цитадели, выстроенные ещё при Людовике XII — Гранд Тампль и Тур Руаяль.

С началом Великой Французской буржуазной революции эта военно-морская база стала ареной кровопролитных сражений, на протяжении которых Тулону было нужно пережить ужасы и предательство интервенции.

Начало войны

В конце 1792 года положение Франции стало стабильным. Юный республике удалось отбиться от армий интервентов и возвратиться на ветхие границы, проходившие по берегу Рейна, в Савойе и на территории современной Бельгии. Но 8 февраля 1793 года в войну против революционной Франции вступила Англия.

Под нажимом правительства Вильяма Пита к антифранцузской коалиции присоединились Пруссия, Австрия, Голландия, Португалия, Королевство и Испания Обеих Сицилий. О собственном нейтралитете заявили только шесть государств Европы: Швеция, Дания, Генуя, Венецианская республика, Турция и Швейцария. Российская Федерация, не смотря на то, что войска к Рейну отправлять не стала, щедро помогала коалиции деньгами.

Так, возможно смело сказать, что против Франции без преувеличения ополчилась практически вся Европа.

Численность войск, стянутых к границам Франции к началу 1793 года, . Австрийцы выставили 143 000 штыков; пруссаки — 77 000. Голландцы послали на войну со стороны современной Бельгии 20-тысячный корпус. Ганновер и Англичане в том месте же разместили 30 000 человек, армия Сардинского королевства из 45 000 человек угрожала Франции со стороны Италии.

Тут же пребывала 10-тысячная армия Королевства Обеих Сицилий и Португалии. Испанцы разместили 50 000 штыков на Пиренеях. В общем итоге силы антифранцузской коалиции, находившиеся в близи от границ республики, насчитывали 375 000 солдат.

В то время Франция имела возможность противопоставить данной силе только 190 000 штыков, исходя из этого победа интервентов казалась неминуемой. Депутаты Конвента, стараясь спасти положение, создали Комитет национального спасения, что возглавил Лазар Карно.

Лазар Карно

Карно совершил через Конвент декрет о общей воинской повинности, что разрешило уже к апрелю расширить численность французской армии до 300 000. Но тут положение осложнилось ещё и гражданской войной в стране. В марте 1793 года роялисты при активнейшей помощи Англии подняли мятеж в Вандее, откуда 50-тысячная армия повстанцев двинулась к Нанту, для получения порта, через что имело возможность бы идти снабжение восставших боеприпасами и оружием.

Бывшие у власти жирондисты не могли совладать с данной проблемой, и страна разделилась пополам. 31 мая в Париже случилось восстание, из-за которого к власти пришли якобинцы — партия небольших буржуа, опиравшаяся на крестьян и городскую бедноту. Но свергнутые жирондисты не планировали так с властью: уже к вечеру того же дня в Лионе, Авиньоне, Ниме и Марселе случились восстания, из-за которых якобинцы были изгнаны из этих городов.

Над Францией нависла угроза полного уничтожения: неприятель внешний был весьма силён и могуч, а неприятель внутренний – коварен и твёрд.

Мятеж

Соотношение сил на море на начало 1793 года для Франции было легко плачевным. Британский флот имел возможность выставить 115 линкоров, 125 корветов и 108 фрегатов. Флот союзной в то время британцам Голландии владел в общем итоге 100 фрегатами и кораблями. Одвременно с этим флот Франции имел только 66 фрегатов и линейных 96 кораблей.

Обстановка усугублялась нехорошей подготовкой французских моряков, потому, что множество морских начальников среднего звена были уроженцами дворянских семей и сразу же по окончании революции эмигрировали.

Ройал Неви поставил себе задачу отрезать Францию от её колоний, дабы нарушить снабжение метрополии провизией и сырьём. Весной 1793 года были установлены блокады наибольших портов Франции, а британские фрегаты открыли сезон охоты на французскую торговлю.

25 апреля 1793 года глава министерства внешей политики Англии лорд Гринвилл подписал соглашение с Сардинией, в соответствии с которому итальянцы должны были выставить против Франции армию в 50 000 человек, за что Англия обязалась платить 200 тысяч фунтов в год. 12 июля подобный соглашение был подписан с Королевством Обеих Сицилий. Сейчас для Ройал Неви открылись гавани Генуи, Триеста, Неаполя, Палермо и Мессины.

В следствии французский Флот Леванта, усиленный восемью линкорами, прорвавшимися 22 и 24 июня из Бреста и Рошфора, был блокированным в западной части Средиземного моря. Наряду с этим британцы очень сильно опасались тулонских эскадр, исходя из этого весной 1793 года к берегам Прованса была отправлена эскадра адмирала Сэмюэля Худа в составе 20 линкоров, 17 фрегатов, 4 бригов и двух брандеров. Худ был умелым адмиралом, отличившимся в Семилетней войне и на протяжении войны за независимость США.

19 июля британская эскадра подошла к Тулону. Худ сразу же отправил в гавань города кэптена Кука на 100-пушечном корабле «Виктори» под белым флагом. Официально миссией начальника была попытка договориться об обмене пленными, но английский адмирал поставил ему ещё одну задачу — узнать состав Флота Леванта. На входе в акваторию порта Куку было приказано заменить белый флаг на триколор из уважения к национальным эмоциям французов.

Переговоры с губернатором Тулона Думэ не затянулись на долгое время — стороны договорились обменяться военнопленными в течение трёх дней.

Вид на гавань Тулона с горы Фарон

Кук узнал, что в то время Флот Леванта насчитывал 17 линкоров и 4 фрегата, помимо этого, на стапелях в высокой степени готовности находились ещё 14 фрегатов и 8 кораблей. Руководил французским флотом адмирал Жан-Онорэ де Трюгоф, до революции носивший титул графа.

Не обращая внимания на много кораблей ВМФ в Тулоне, будем помнить, что многострадальный флот Франции переживал не лучший момент собственной истории. Множество опытных офицеров и командиров — уроженцев дворянского сословия, имевших боевой опыт, сбежало из страны либо кроме того перешло на сторону соперника.

Часть аристократов решила поделить судьбу собственной страны и предложила свои знания и опыт республике. Но бессчётные предательства не хорошо отразились на взаимоотношениях военспецов и «Конвента» — аристократов довольно часто обвиняли в заговорах, и каждая неточность либо оплошность могла быть истолкована как контрреволюционная деятельность.

Для полного контроля над действиями «родовитых республиканцев» Комитет публичного спасения ввёл должность комиссара, в обязанности которого вменялось наблюдение за любым ответом армейского эксперта. Это, конечно, ещё более ухудшило обстановку — многие комиссары были полными профанами в военных и морских делах, не осознавали изюминок морской тактики, не имели достаточных знаний по практике и теории кораблевождения.

На место сбежавших от республиканской гильотины аристократов Конвент ставил капитанов торговых судов, лояльных новой власти, но совсем не могущих вести войну на море. Такое положение вещей порождало недовольство и всеобщее недоверие.

Вечером в контакт с Куком вошли кое-какие роялистски настроенные офицеры французского флота, и жирондисты, каковые сказали, что готовят восстание против пришедших к власти якобинцев. Кук писал Худу, что один из французских капитанов посетил его и заявил следующее:

«лишь одиннадцатью из семнадцати линейных кораблей руководят приверженцы республики».

Эта информация весьма заинтересовала Худа, потому, что захватить прекрасно защищённый и владевший сильным флотом Тулон в следствии прямого штурма не представлялось вероятным. 26 июля британская эскадра попала в ожесточённый шторм, из-за которого у одного корабля сломало фок-мачту, у другого — бушприт, а ещё у трёх — грот-мачты. Флот Худа раскидало по морю.

Опасаясь атаки французов, британцы ушли в Порт-Магон для ремонта.

Тем временем в Тулоне начались громадные беспорядки: кровавая диктатура якобинцев скоро развернула публичное вывод жителей к реставрации монархии. Выступления были жестоко подавлены.

Высадка интервентов в Тулоне, лето 1793 года

К августу из Ферроля подтянулась союзная эскадра британцев — испанский флот под руководством адмирала дона Хуана де Лангара в составе 19 линкоров. Ситуация в южной части Франции становилась легко угрожающей. Войска генерала Жана-Франсуа Карто, защищавшие Прованс со стороны Альп, были атакованы сардинцами и неаполитанцами.

Появилась угроза утраты Ниццы, а 13 августа восстал Марсель.

Карто совершил отчаянный рывок к Марселю и 25 августа занял его, Худ опоздал практически на двое суток. В это же время ещё 17 августа в Тулон были отправлены роялистски настроенные депутаты Марселя, каковые предлагали тулонцам поддержать восстание. Потому, что Главный комитет колебался, марсельцы обратились напрямую к английскому адмиралу прося

«сопроводить в гавань Тулона 8 транспортов с зерном, блокированных британцами в Генуе и Ливорно».

На самом же деле это было не хорошо завуалированное приглашение к интервенции.

Сейчас Худ крейсировал в 14–15 милях от города. В то время, когда к нему привели депутацию роялистов, адмирал вместе с предателями составил и отослал Предварительную Декларацию, убеждавшую жителей, что лишь восстановление монархии приведёт в их дома порядок и покой. 24 августа на «Виктори» прибыли комендант и жирондисты крепости Тулон, каковые пригласили Худа «забрать под защиту порт и гавань».

В этот самый момент английский адмирал . Он ответил, что у него не хватает армий для контроля над таковой сильной крепостью, какой есть Тулон, и скоро обратился к испанцам прося «отправить армий, сколько вероятно».

Главный комитет в собственном воззвании от 23 августа информировал, что он «отдаёт в распоряжение адмирала Худа порт и гавань Тулон». Мятежники рассчитывали, что новый гарнизон будет складываться из объединённых французов и сил англичан.

Меж тем на Флоте Леванта не утихали споры. Адмирал Трюгоф (роялист) приказал не оказывать сопротивления англичанам. Адмирал Сен-Жульен (республиканец) призывал одиннадцать линейных кораблей, чьи начальники были приверженцами Конвента, атаковать эскадру Худа и, в случае если пригодится, умереть с честью.

Тем временем высадившиеся рядом с городом испанские и британские армии без сопротивления захватили батареи Эгуитт и Балагье, осуществлявшие контроль гавань Тулона, и взяли на прицел все французские суда, находившиеся в гавани.

Ночью с 25 на 26 августа офицеры Флота Леванта совершили армейский совет. И Трюгоф, и Сен-Жульен побоялись взять на себя ответственность в принятии ответов. Вместо этого начались беседы о том, что британцы уже осуществляют контроль центральные форты города — Ля Мальг и Гранд Тампль, что провизии для эскадры осталось на 5 дней, что силы союзников неисчислимы, и, чтобы сохранить лицо, нужно официально пригласить британцев.

Не обращая внимания на протесты начальников двух начальников и линкоров батарей Ля Мальг и Гранд Тампль, каковые в то время не были захвачены британцами и контролировались приверженцами якобинцев, французская средиземноморская эскадра без боя сдалась англичанам. Нет-нет, официально, само собой разумеется, всё именовалось по-второму – «контракт», но это не отменяет следующего факта – кое-какие команды французских судов приняли деньги от Худа, другими словами, попросту говоря, реализовали отчизну.

Адмирал Сэмьюэл Худ

27 августа из Генуи подошёл отряд адмирала Косби в составе 98-пушечного «Виндзор Кастл» и 74-пушечных «Террибл» и «Бедфорд». Худ выслал вперёд дозорных, опасаясь, что французы всё-таки будут сопротивляться. В 10 часов утра на флагманском фрегате Флота Леванта, 34-пушечном «Перле», встал флаг адмирала Трюгофа и было приказано французским судам отойти во внутреннюю гавань.

Этим указаниям повиновались лишь 7 судов. Сен-Жульен, наоборот, спустил флаг Трюгофа и приказал ставить паруса.

Худ приготовился к бою. Он считал, что часть эскадры соперника в обязательном порядке отправится на прорыв, но сражение не произошло. На форте Ля Мальг взвился флаг с королевскими лилиями, а чуть позднее – Юнион Джек.

На горизонте показался испанский флот из 17 вымпелов, по окончании чего 10 французских линейных кораблей сразу же спустили паруса и отдали якоря. Чуть позднее они кроме этого вошли во внутреннюю гавань.

28 августа 1793 года в 7:30 утра в первый раз в собственной истории соединение Ройал Неви вошло в Тулон. В 11:30 на берег сошли английские армии (1500 воинов), каковые сразу же забрали под собственный контроль батареи внешней и внутренней гавани. Остальные суда союзников остались на внешнем рейде, чтобы не допустить прорыва французов.

Испанцы так же высадили 1000 человек, что послужило предлогом для некоторых беспорядков, каковые интервенты скоро подавили. Союзники сохраняли надежду, что с захватом Тулона они смогут, как в Вандее, разжечь пламя гражданской войны в южной части Франции.

Новость о падении замечательной средиземноморской крепости, усиленной громадным флотом, дошла до Парижа 30 августа. Она повергла в шок Комитет и Конвент публичного спасения. Карно забрал обстановку с Тулоном под собственный персональный контроль.

Перед битвой

испанцы и Англичане начали переброску новых военных контингентов в захваченный город. 1 сентября в Тулон вошли первые войсковые транспорты, с которых на берег сошли 3000 испанцев под руководством адмирала дона Фридерико де Гравины. Пятью днями позднее из Турина прибыли 5 батальонов королевской морской пехоты во главе с генералом Генри Мальгрейвом.

Союзники безотлагательно принялись усиливать форты Помец и Мальбюскье. Рядом с последним они расположили 30-орудийную батарею, поставили дополнительные пушки на бастионе Круа-Фарон, а дабы обезопасисть гавань с моря, устроили 20-орудийную батарею на мысе Брюн. Для довооружения фортов и батарей Худ и Лангара сняли орудия практически со всех корветов, не смотря на то, что в тулонском Арсенале имелся большой запас пушек.

Самыми уязвимыми были западные форты, потому, что из-за мелководья линкоры не могли подойти близко к берегу и поддержать их огнём при нападения.

Союзники создали громоздкую и неэффективную совокупность управления. Замыслы англичан и испанцев были полностью несогласованны, доверия к перешедшим на их сторону французам не было никакого. Якобинцы же смогли наладить работоспособную вертикаль власти в армиях, а благодаря стараниям Карно численность армии Франции заметно росла. Кроме того, англичане и испанцы уже два месяца не получали жалования.

Снабжать прибывающие подкрепления было нечем.

Арест роялистов, Франция 1793 года

Меж тем Карто всего с 12 тысячами войска уже 31 августа двинулся от Марселя к Тулону.

Выдержка из письма комиссара при Итальянской армии Огюстена Робеспьера (одного из братьев Максимилиана Робеспьера) Комитету публичного спасения:

«Как говорят, отряд в 600 человек британцев прибыл в Бринволь, чтобы воспрепятствовать проходу батальонов Итальянской армии, каковые мы вынуждены были "настойчиво попросить" как для подкрепления армии Карто, находящейся сейчас в Эксе, так и для подавления бунта на Юге. Предполагают, что неприятельский флот имеет десантные армии и что он может выкинуть на южные берега от 10 до 12 англичан человек и тысяч испанцев. Эти силы не смогут ослабить храбрости республиканских армий.

И но направляться спешить предотвратить эту высадку. Вы, граждане сотрудника, должны принять спешно армейские меры, каковые забрали бы у Тулона и Марселя возможность сопротивляться, в случае если они приведут в выполнение собственные преступные намерения».

14 сентября командующим артиллерии к Карто был назначен юный талантливый капитан Наполеон Бонапарт.

Карто всё ещё не хватало армий. Переправу через реку Вар защищало всего 500 солдат республики под руководством генерала Дюгомье, каковые 23 сентября вступили в бой с отрядом из 4000 итальянцев и сумели разбить его. Наряду с этим в плен попали 600 пьемонтцев, среди которых был один неаполитанский принц.

Казнь Лиона

К концу октября якобинцам удалось выправить обстановку в Лионе, что был забран штурмом 21 октября 1793 года. В правительстве думали, что

«нужно продемонстрировать пример того, как французская республика, как юная революция жёстче всего наказывает тех, кто восстает против трехцветного знамени».

24 октября глава Конвента Максимилиан Робеспьер издает следующий Декрет:

  1. Национальный Конвент назначает, по предложению Комитета публичного спасения, чрезвычайную рабочую группу из пяти участников, дабы срочно наказать лионскую контрреволюцию силою оружия.
  2. Все обитатели Лиона должны быть разоружены и их оружие передано защитникам Республики.
  3. Часть этого оружия будет передана патриотам, угнетаемым контрреволюционерами и богачами.
  4. Город Лион должен быть уничтожен. Все дома, где жили состоятельные люди, — стереть с лица земли; смогут быть сохранены только дома бедноты, квартиры убитых либо сооружения и осуждённых патриотов, служащие промышленным, благотворительным и, педагогическим целям.
  5. Наименование Лиона вычеркивается из перечня городов Республики. Отныне поселение, объединяющее оставшиеся дома, будет именоваться Ville affranchie.
  6. На развалинах Лиона возвести колонну, которая будет говорить будущим поколениям о наказании и преступлениях роялистского города следующей надписью: «Лион боролся против свободы — Лиона больше нет».

Кроме того комиссар Кутон, которому предстояло выполнить данный приказ, ужаснулся такому варварству. Он решил схитрить и начал затягивать разрушение Лиона, исходя из этого его скоро заменили комиссарами Колло д’Эрбуа и Жозефом Фуше (будущим министром полиции Наполеона). Как раз они вошли в историю под неспециализированным прозвищем «палачи Лиона».

Как вспоминал один из очевидцев расправы над Лионом,

«Рано утром выводят из колонии шестьдесят юношей, связанных по двое. Но их ведут не к гильотине, трудящейся «через чур медлительно», а на равнину Бротто, по ту сторону Роны. Две параллельные наспех вырытые канавы дают жертвам осознать ожидающую их судьбу, а поставленные в десяти шагах от них пушки говорят о средстве данной массовой бойни.

Беспомощных людей собирают и связывают в кричащий, трепещущий, воющий, неистовствующий, тщетно сопротивляющийся клубок людской отчаяния. Звучит команда — и из смертельно родных пушечных жерл в трясущуюся от кошмара людскую массу врывается разящий свинец. Данный первый выстрел не убивает всех обреченных, у некоторых лишь оторваны руки либо ноги, у других порваны внутренности, кое-какие кроме того случайно сохранились.

Но пока кровь широким струящимся потоком стекает в канавы, звучит новая команда, и сейчас уже кавалеристы набрасываются с пистолетами и саблями на сохранившихся, рубят и расстреливают дрожащее, стонущее, кричащее, беспомощное и не могущее бежать человеческое стадо, пока не замирает последний хрип. В приз за убийство палачам разрешается снять обувь и одежду с шестидесяти еще теплых трупов, перед тем как закопать их истерзанными и обнаженными».

Ожесточённые, кровавые действия представителей Конвента вселили кошмар в сердца всех обитателей юга Франции. Ницца сдалась без боя, войска Карто скоро приближались к Тулону. Вслед наступающей республиканской армии мчались слова палача Фуше:

«Нужно, дабы окровавленные тела, кинутые в Рону, доплыли на протяжении обоих берегов до устья, до подлого Тулона: они возбудят кошмар у трусливых и ожесточённых британцев, ужаснут их и продемонстрируют им силу народного всемогущества».

Революционные армии перед Тулоном

14 октября Альпийская армия осадила Тулон.

Штурм

По окончании высадки союзных армий гарнизон Тулона насчитывал 16 912 солдат (1542 французских роялиста, 2114 британцев, 4832 неаполитанца, 6840 пьемонтца и 1584 испанцев). Из этого числа боеспособными были порядка 12 тысяч людей, остальные болели из-за нерегулярного снабжения гарнизона провизией.

Армия республиканцев складывалась из 33 тысячи человек, объединённых в 4 бригады под руководством генералов Лагарпа, Гамье, Лапуапа и Муре. Неспециализированное управление осуществлял генерал Дюгомье, поменявший на этом посту Карто.

Вечером 15 ноября французы нападали спешно выстроенный форт, защищавшийся британцами и испанцами под руководством лорда Малгрейва. Данный форт был одной из главных точек обороны Тулона, поскольку он закрывал проход к фортам Балагье и Эгуитт, осуществлявшим контроль выход из Тулонской гавани.

Испанцы, ошарашенные натиском соперника, кинули оружие и побежали. Уже казалось, что вот-вот республиканцы на их плечах ворвутся в бастион. Положение исправил британский генерал О’Хара (назначенный, кстати, губернатором Тулона), что скоро посадил на «Виктори» отряд французских роялистов и высадил их около фортов.

Те ударили во фланг, и сейчас уже побежали республиканцы.

Генерал Дюгомье наоборот форта Мальбуске развернул 20-орудийную батарею, которая вела тревожащий пламя по позициям британцев. На армейском совете интервенты решили сбить столь мешавшую им батарею. Для этих целей было выделено 400 роялистов, 600 неаполитанцев, 300 сардинцев, 300 испанцев и 600 британцев – всего 2200 человек под руководством британского генерала Дандаса.

Утром 30 ноября отряд Дандаса атаковал батарею, обратил в бегство республиканцев и начал преследовать их. Столкнувшись с главными силами, Дюгомье был должен отойти. Участники набега, утратив 20 человек убитыми, 90 раненными и 98 военнопленными, возвратились в город.

Среди пленных был и генерал О’Хара.

К началу зимы французские армии насчитывали уже около 45 тысяч людей. Дождливой ветреной ночью 14 декабря 1793 года три колонны французских армий атаковали форт Малгрейва, расположенный перед фортами Эгуитт и Балагье, гарнизон которого складывался из 700 британцев. К двум часам ночи было установлено 5 батарей, обрушивших град бомб на обороняющихся.

Артиллерия республиканцев трудилась выше всяких похвал, за что стоит благодарить Наполеона Бонапарта.

Тринадцать мортир, пять 24-фунтовых пушек и шесть 16-фунтовых орудий вели сосредоточенный пламя по форту Малгрейв. Войска Дюгомье следовали за огненным валом, что отсекал каждые попытки союзников организовать действенную оборону. К 14:00 республиканцами были забраны 16-й и 17-й бастионы, а 700 англичан 18-го Йоркширского полка, оборонявших позицию, начали отходить с высот к форту Балагье.

Сейчас войска Лапуапа, перевалив через перевал Фарон, стёрли с лица земли маленькой испанский дозорный пост и атаковали форт Круа-Фарон, закрывавший проход к Тулону через ущелье. Стремительным манёвром Лапуап отрезал отступающим испанцам путь к городу и вынудил их сдаться. Так уже к 15 декабря французы пребывали у стен города.

Англичане срочно "настойчиво попросили" совершить армейский совет. На консилиуме находились адмиралы: лорд Худ (британец), адмирал Фредерико Гравина (испанец), адмирал Фортегуэрри (неаполитанец); генералы: генерал Дандас (Британия), генерал Вальдес (Испания), принц Пигнателли (Сардиния), шевалье де Ревель («несложный патриот и французский роялист», по словам Гравины), господин Гайд сэр и Паркер Гилберт Эллиот.

Собравшиеся не стали продолжительно ходить вокруг да около. Худ сразу же объявил, что, в связи с захватом республиканцами фортов Эгуитт и Балагье, он будет должен уйти из Тулона. Никому не пришло в голову предложить отбить обратно столь серьёзные бастионы. С Дистрофичном целиком и полностью дал согласие испанский адмирал Гравина.

Фортегуэрри, пробовавший противиться ответу совета, был легко выставлен за дверь.

Британцы деловито стали рассыпать приказания. французским роялистам и Испанцам, защищавшим форты Артиг и Сент-Катерин, был отправлен приказ оборонять их до последней возможности. Крепости Мальбюскье и Миссиесси, закрывавшие Тулон с запада, взяли подобные же указания.

Всем обитателям было заявлено об эвакуации. Французские боевые суда, каковые ещё были не разоружены, должны были отплыть вместе с британцами, остальные было приказано бессердечно сжечь совместно со Арсеналом и складами. Миссию по уничтожению Флота Леванта взял на себя испанский адмирал Лангара.

До тех пор пока британцы эвакуировали войска с фортов Эгуитт и Балагье, испанцы открыли огонь по докам и верфям порта.

Неаполитанцы, вместо того дабы выдвинуться для защиты Мальбюскье и Миссиесси, в панике развернули к своим судам в гавани. Появилась дикая давка, но все успели погрузиться на суда. В ночь с 17 на 18 декабря поданные королевства Неаполь распрощались с Тулоном окончательно, захватив с собой пара французских судов.

Уничтожение французских судов коммодором Сиднеем Смиттом перед уходом из Тулона

18 декабря в руках роялистов и интервентов остались фактически форты и сам город Ля Мальг и Гранд Тампль. Британцы, опасаясь, что испанцы не успеют сжечь все суда французов, отправили на подмогу три испанских и три британские брандера. Чтобы защищавшие верфь французские моряки-роялисты не определили, кто желает сжечь их суда, и англичане, и идальго нацепили на шляпы трёхцветные кокарды республиканцев.

Но, не обращая внимания на все предосторожности, сделать дело тихо не удалось: быстро наступавшие армии Дюгомье уже забрали форты Мальбюскье и Миссиесси и двигались на протяжении берега в сторону Тулона. Между ними и британским отрядом, высаженным недалеко от верфей, появилась перестрелка. Республиканцев отогнали прочь лишь орудия брандера «Вулкан», открывшего огонь по наступающим воинам Конвента.

Сейчас друг за другом в ночи загорались суда Флота Леванта.

История не сохранила свидетельств того, как вели себя офицеры и французские адмиралы на протяжении этих событий. Но сейчас большая часть их было виновно не только в роялистском заговоре, но и в измене Отчизне. 14 877 обитателей Тулона погрузились на британские суда.

По окончании Лиона иллюзий тут не питал никто — лучше уж появляться на чужбине, чем в безымянной могиле.

Заключение

19 декабря республиканцы вошли в город. Дюгомье сразу же обратился к жителям с речью:

«Обитатели Тулона! Общее число погибших жителей неизвестно, и вряд ли оно когда-либо покажется в печати. До восстания в городе насчитывалось 28 тысяч людей, на данный момент — не более 7 тысяч. Зная, что с британцами уплыло не более 15 тысяч предателей, мы можем утверждать, что практически 6000 несчастных обитателей было убито за время оккупации.

Сейчас вы видите, к чему привела интервенция — испанцы и подлые англичане стёрли с лица земли Флот Леванта! Но не опасайтесь! Никаких преследований не будет — все предатели бежали к своим хозяевам. Мы заново отстроим и город, и суда!»

На протяжении осады Тулона Флот Леванта утратил 14 линейных кораблей, 7 фрегатов, 10 корветов. Для сравнения — утраты французского флота в бою при Абукире составили 11 линкоров и 2 фрегата, при Трафальгаре – 18 судов. Так, цена гражданской измены и войны была сопоставима с ущербом от ожесточённого сражения.

Бонапарт при осаде Тулона

Остаётся добавить, что Наполеон Бонапарт, сыгравший под Тулоном заметную роль, взял увеличение. Осада этого города стала для капитана-артиллериста первой заметной ступенью в его головокружительной карьере.

Литература:

  • Штенцель А. «История войн на море» — М.: Изографус, ЭКСМО-Пресс, 2002 г.
  • Танстолл Б. «Морская война в век паруса. 1650–1815. Сражения великих адмиралов» — М.: Эксмо, 2005 г.
  • Морской Атлас. Т III. Описания к картам. — Издание Главного штаба ВМФ, 1959 г.
  • Переписка Максимилиана Робеспьера. — Ленинград, «Гудок», 1929 г.
  • Наполеон. Избранные произведения. — М.: Воениздат, 1956 г.
  • Forczyk R., Hook A. «Toulon 1793: Napoleon’s first great victory (Campaign)», — Osprey, 2005.
  • Corbett J.S. «Lord Hood and the defence of Toulon» — Cambrige, 1922.
  • Rose J.H. « Lord Hood and the defence of Toulon» — Cambridge naval and military series, 1922.
  • James W.M. «A Naval History of Great Britain: During ниссан блюберд Revolutionary and Napoleonic Wars, Vol. 1: 1793–1796» — Stackpole Books, 2002.
  • he Naval Chronicle: The Contemporary Record of the Royal Navy at War, 1793–1798, — Stackpole Books, 1999.
  • Mahan A. T. «The Influence of Sea Power upon the French Revolution and Empire, 1793–1812», — Adamant Media Corporation, 2002.

Разведопрос: Сергей Кредов про гражданскую отечественную войну


Темы которые будут Вам интересны: