Крейсер-яхта для великого князя

Во внешнем виде этого корабля угадывалось его французское происхождение – очень сильно выдающийся вперёд прямоугольные окна и округлый таран в бортах. Созданный не для боя, а скорее в качестве представительской яхты для влиятельных особ, крейсер 1-го ранга «Светлана», однако, поделил участь большинства судов Российского Императорского флота и погиб в неравном бою у острова Дажалет в 1905 году.

История создания крейсера 1-го ранга «Светлана» началась с решения выстроить для Балтфлота минный заградитель, подобный судам «Дунай» и «Буг», входившим в состав Черноморского флота. 24 марта 1893 года Основное управление снабжений и кораблестроения (ГУКиС) послало в Морской технический комитет (МТК) требование создать проект корабля водоизмещением 800 т, могущего принять на борт до 300 мин.

Скоро в МТК поступило и требование от морского начальника ведомства и Главного флота генерал-адмирала князя Алексея Александровича устроить на борту заградителя апартаменты для него. Это, и требование довести скорость корабля до 18 узлов стало причиной тому, что в сентябре 1893 года старший судостроитель Э. Е. Гуляев представил на рассмотрение МТК два проекта с водоизмещением уже 1560 и 2800 т. К тому времени Князь высказал ещё одно пожелание – выстроить для него яхту, которая имела возможность бы сопровождать в море императорскую яхту «Полярная звезда».

Боевая сокровище корабля наряду с этим уже не игралась первостепенной роли. В итоге водоизмещение будущей «яхты» увеличили до 4000 т, и корабль приобрел статус крейсера 1-го ранга.

В марте 1895 года победителем конкурса был признан проект французской компании «Форж и Шантье», пребывавшей в Гавре. В качестве прототипа для проекта «Светланы» был выбран французский бронепалубный крейсер 2-го класса Catinat, заложенный на одном из фабрик компании в феврале 1894 года. Цена договора составляла 685 000 франков.

Сдать корабль французские инженеры должны были к 8 октября 1897 года.

Крейсер-яхта для великого князя

Французский крейсер 2-го класса Protet в определённой степени стал прототипом при проектировании «Светланы»
Источник фото – kreiser.unoforum.ru
Устройство корабля

Во внешнем виде крейсера точно угадывалось влияние французской кораблестроительной школы – скруглённый, очень сильно выдающийся вперёд таран, четко выраженная «седловатость» корпуса в носовой части, и квадратные окна вместо круглых иллюминаторов.

Корабль имел металлической клёпанный трёхпалубный корпус. В средней его части под машинными и котельными отделениями имелось двойное дно, поделённое на шестнадцать отсеков. ахтерштевень и Форштевень изготавливались из латуни. Металлическая обшивка в подводной части всецело зашивалась досками из тика в один слой, а между древесной и металлической обшивкой имелся слой войлока.

Поверх досок настилалась обшивка из страниц красной меди толщиной 0,8 мм (дабы подводная часть корпуса не обрастала водорослями и ракушками на протяжении плавания в тёплых морях), а в носовой части под клюзами – 2 мм. Ниже броневой палубы шесть влагонепроницаемых переборок дробили корпус на семь отсеков.

Бронирование

Единственной защитой крейсера от вражеских снарядов была броневая палуба, имевшая покатую (либо, как тогда говорили, «карапасную») форму, что было весьма распространено в кораблестроении того времени. При изготовлении бронепалубы употреблялась очень мягкая броневая сталь, её толщина в горизонтальной части составляла 25 мм, в верхней части скоса – 50 мм, в нижней – 25 мм. шахты подачи и Вентиляционные шахты снаряда защищались 25-мм бронёй на всю высоту межпалубного пространства.

Толщина стенок боевой рубки составляла 100 мм, её крыши – 25 мм.

Оружие

По проекту оружие крейсера должно было складываться из шести 152-мм орудий Канэ и десяти скорострельных 47-мм пушек Гочкиса. Носовое и кормовое орудия главного калибра размещались на верхней палубе по диаметральной плоскости корабля. Бортовые орудия устанавливались на спонсонах и размешались на батарейной палубе.

Необходимо подчеркнуть, что бортовые орудия пребывали достаточно близко к воде, что затрудняло стрельбу при беспокойстве моря. Все 152-мм орудия спереди и с боков закрывались щитами для защиты комендоров от небольших осколков, и ветра и брызг. Боезапас орудий главного калибра составлял 810 снарядов (по 135 на ствол).

Боеприпасы подавались к орудиям носовой группы посредством двух элеваторов: один из них подавал боеприпасы на батарейную палубу, второй – на верхнюю. К кормовым орудиям боеприпасы кроме этого подавались двумя элеваторами, причём элеватор ютового орудия кроме этого поднимал патроны к 47-мм пушкам. Масса снарядов главного калибра составляла 41,5 кг, а дальность стрельбы при угле возвышения 11,1° – 60 кб.

Практическая скорострельность имела возможность достигать 4 выстрелов в 60 секунд.

Четыре из десяти 47-мм пушек устанавливались на батарейной палубе, по две на борт. Стрельба из них велась через маленькие порты, прорезанные в борту. Остальные пушки размешались на верхней палубе: четыре – на крышах спонсонов орудий главного калибра; ещё два – на верхней палубе. По проекту боезапас составлял 6000 патронов, практически же в погребах пребывало 8300 патронов (по 830 на орудие).

Масса боеприпаса составляла 1,5 кг, скорострельность – 15 выстрелов в 60 секунд, большая дальность стрельбы – 25 кб. Примечательно, что в проекте крейсера существовала возможность установки дополнительных восьми орудий – для этого верхняя палуба была усилена в соответствующих местах.

По проекту минное оружие корабля складывалось из четырёх надводных минных аппаратов, стрелявших 381-мм минами (торпедами) длиной 5,52 м и массой 455 кг. Два из них должны были размещаться на корме и носу, остальные – на батарейной палубе. Но на протяжении постройки корабля от кормового аппаратов и носового решено было отказаться.

Энергетическая установка

Двухвальная энергетическая установка складывалась из двух вертикальных четырёхцилиндровых паровых автомобилей тройного расширения суммарной мощностью 8500 л. с. Пар для них вырабатывался восемнадцатью водотрубными паровыми котлами совокупности Бельвиля, расположенными в трёх котельных отделениях. Рабочее давление пара составляло 17 воздухов, большая скорость хода при обычном запасе горючего – 20 узлов. Обычный запас угля составлял 400 т, полный – 520 т. По проекту дальность плавания при 10-узловой скорости составляла 4879 миль, при 20-узловой – 1038 миль.

Электричество производили пять паровых динамо-машин, выдававшими ток силой в 320 А и напряжением 100 В производства завода «Сотер-Харле». Главными «потребителями» электричества на корабле являлись элеваторы подачи боезапаса, лампы и прожекторы освещения. В изначальном проекте часть динамо-машин размешалась в носу, а часть в корме корабля. Но издаваемый ими шум вызвал недовольство Алексея Александровича, и по его приказу кормовые динамо-машины были перенесены к носовым.

Так, при затоплении всего лишь одного отсека крейсер всецело лишался электричества. В будущем эта неточность сыграла собственную роль в смерти крейсера.

экипаж и Обитаемость

Жилые помещения крейсера были вычислены на 287 членов экипажа (11 офицеров, 6 унтер-офицеров, 270 нижних чинов), и на генерал-адмирала и его свиту из 13 человек. Традиционно жилые помещения для матросов пребывали в носовой части крейсера, а офицерские каюты – в кормовой. Потому, что корабль предназначался, первым делом, для Князя Алексея Александровича, на его борту имелись шикарные апартаменты, занимавшие большую часть кормовых помещений.

Отделка апартаментов выполнялась из полезных пород дерева с применением мрамора, позолоты и персидских ковров.

Постройка, опробования и довоенная работа

Первый лист железа для киля будущего крейсера был уложен на стапель 28 июня 1895 года. 2 октября того же года указом Николая II крейсеру было присвоено имя «Светлана», а на следующий сутки приказом №374 корабль зачислили в состав Балтфлота. Первым его начальником был назначен капитан 1-го ранга А. М. Абаза.

Постройка крейсера осуществлялась в соответствии с замыслом работ, и 24 сентября 1896 года его корпус был построен. Через девять месяцев состоялись первые опробования автомобилей на швартовах, а 2 октября 1897 года «Светлана» в первый раз вышла в море на заводские опробования котлов и машин. Сдаточные опробования провести в срок не удалось из-за неполной готовности корабля, и практически достройка завершилась в последних числах Февраля 1898 года.

22 марта, по окончании окончания сдаточных опробований, крейсер был официально принят русским рабочей группой в состав флота. В данный же сутки корабль покинул Гавр и вышел в Средиземное море.

Крейсер «Светлана» на заводских опробованиях. Один из немногих снимков, на которых корабль окрашен в белый цвет
Источник – delcampe.net

Первым зарубежным портом, в который направилась «Светлана», стал Тулон. По пути проводились опробования мореходности корабля, экономичности его автомобилей, шла адаптация команды. Мореходные качества крейсера были отысканы «отличными» – он легко всходил на волну и слушался руля.

Из Тулона «Светлана» направилась в Лиссабон на празднества, посвящённые 400-летию открытия морского пути в Индию. Из Лиссабона корабль проследовал в Гавр, оттуда в Киль, и, наконец, в Либаву и Кронштадт. Первое путешествие крейсера окончилось 10 июня 1898 года.

Потом под флагом генерал-адмирала «Светлана» совершила обход акватории Балтийского моря и участвовала в сопровождении императорских яхт «Царевна и» Полярная «звезда» из Копенгагена в Кронштадт.

«Светлана» в Тулоне
Источник – kreiser.unoforum.ru

Во второй половине 90-ых годов девятнадцатого века крейсер совершил один из важнейших походов в собственной истории. В тот год в Екатерининской гавани Кольского полуострова произошло открытие порта Александровск. На борту «Светланы» на торжества прибыл Князь Владимир Александрович со своей свитой. На обратном пути крейсер посетил остров Медвежий. Дело в том, что к тому времени стало известно о намерении Германии разместить на острове постоянные посты и заявить о распространении на него германского суверенитета.

На острове моряки со «Светланы» нашли две коммерческие германские экспедиции, искавшие нужные ископаемые и занимавшиеся рыбацким промыслом. На месте бывшего поморского поселения на острове команда крейсера установила русский железный крест и флаг, у основания которого была закреплена доска с надписью на трёх языках: «В собственности России».

«Светлана» в Тромсё
Источник – tsushima.su

В последующие годы «Светлана» несла работу в качестве яхты для высоких национальных лиц, совершая переходы в зарубежные порты для принятие участия в разных торжествах. В это время с крейсера были сняты шесть 47-мм орудий и оба оставшихся торпедных аппарата.

Цусимский поход

2 марта 1904 года генерал-адмирал решил о включении «Светланы» в состав 2-й Тихоокеанской эскадры. В мае на крейсер установили четыре 47-мм орудия из снятых ранее и дополнительно – ещё четыре 75-мм орудия Канэ на крыши спонсонов 152-мм орудий. Помимо этого, на корабль вернули оба торпедных аппарата. Сейчас артиллерийское оружие крейсера складывалось из шести 152-мм орудий, четырёх 75-мм и восьми 47-мм пушек.

На 152-мм и 75-мм орудия были смонтированы оптические прицелы, на корабле установили дальномер Барра и Струда, и радио телеграф совокупности «Телефункен».

«Светлана» на протяжении высочайшего смотра в Ревеле, 26 сентября 1904 года. Прекрасно видно 75-мм орудие, установленное на крыше спонсона левого кормового 152-мм орудия
Источник – tsushima.su

2 октября 1904 года «Светлана» покинула Либаву в составе отряда крейсеров под флагом адмирала О. А. Энквиста. В Танжере эскадра разделилась, и главная её часть под руководством адмирала З. П. Рожественского проследовала потом в обход Африки. Отряд судов с меньшей осадкой, в состав которого вошла «Светлана», ушёл в Средиземное море и через Суэцкий канал отправился к острову Мадагаскар, где произошла встреча обоих отрядов. «Светлана» с честью выдержала тяжелейший переход на Дальний Восток, неоднократно приобретая от командующего эскадрой похвалы за примерный порядок, поддерживать что в условиях тропической жары и постоянных угольных погрузок было очень непросто.

Цусимское сражение

13 мая 1905 года, незадолго до сражения, на судах эскадры была совершена подготовка к бою. Из мешков с углём и металлического троса моряки изготовили импровизированную защиту от осколков, а из древесного бруса – упоры для подкрепления люков и дверей. С этого момента комендоры всегда находились у собственных орудий, а экипажи были переведены на двухвахтенный режим несения работы.

В начале боя водоизмещение «Светланы» из-за перегрузки углём составляло 4700 т, а скорость не превышала 18 узлов. Экипаж крейсера складывался из 457 человек – 20 офицеров, 11 нижних чинов 426 и кондукторов. Незадолго до Цусимского сражения во 2-й Тихоокеанской эскадре были произведены изменения структуры, в соответствии с которым из судов, имевших маленькое боевое значение, образовали Разведывательный отряд.

В состав Разведывательного отряда, кроме «Светланы» (флагмана), входил крейсер 2-го ранга «вспомогательный» крейсер и Алмаз «Урал». В соответствии с приказу Рожественского, задача Разведывательного отряда в сражении пребывала в защите запасных судов эскадры. Оставшиеся крейсеры («Олег», «Аврора», «Дмитрий Донской», «Владимир Мономах») были сведены в Крейсерский отряд под руководством адмирала О. А. Энквиста.

В сражении его задача заключалась в помощи главным силам эскадры.

14 мая в 13 ч 49 мин Цусимское сражение началось с артиллерийской дуэли основных сил. К этому времени «Светлана» и следовавшие за ней «Урал» и «Алмаз» пребывали на удалении нескольких миль от русских броненосцев, по правую сторону от них, в арьергарде 2-й Тихоокеанской эскадры, защищая шедшие перед ними вспомогательные суда. Практически сразу после начала боя основных сил началось и сражение крейсерских отрядов.

В 14 ч 23 мин в бой с русскими крейсерами вступил японский бронепалубный крейсер «Идзуми» из состава 6-го боевого отряда, зашедший к ним в тыл. В 14 ч 32 мин по крейсерам открыли огонь и зашедшие с тыла суда 3-го и 4-го японских боевых отрядов, а в 16 ч к ним присоединились суда 5-го и 6-го боевых отрядов. В целом бой крейсерских сил протекал бессистемно, довольно часто распадаясь на отдельные стычки, в которых русские крейсеры группами и поодиночке сражались против превосходящих сил соперника.

В этом изнурительном бою, продолжавшемся около пяти часов, трём русским бронепалубным, двум устаревшим и двум безбронным крейсерам противостояли в общем итоге (в разное время) один устаревший броненосец, три броненосных и тринадцать бронепалубных крейсеров соперника. Пользуясь подавляющим превосходством в силах, японцы смогли нанести важные повреждения русским крейсерам, всецело рассеять Отряд запасных судов, захватить госпитальные суда, и потопить плавучую мастерскую «Камчатка», буксир «крейсер» и Русь «Урал». Но, учитывая возмутительнее неравенство в силах, русским крейсерам всё-таки удалось сделать неосуществимое – утратив только один вспомогательный крейсер, обезопасисть большая часть транспортов.

В 15 ч 10 мин «Светлана» приобретает повреждение, в итоге появлявшееся роковым – подводную пробоину в носовой оконечности в отделении динамо-машин. Через пробоину вода скоро затопила это отделение и через открытые люки залила расположенные ниже погреба 152-мм и 47-мм боезапасов. Затопление было столь стремительным, что двое моряков опоздали покинуть собственные боевые посты. Корабль принял приблизительно 350–400 т воды, взял крен на левый дифферент и борт на шнобель.

В следствии дифферента и крена стало неосуществимым вести пламя из носового 152-мм орудия левого борта, а из-за обесточивания бортовой электросети морякам было нужно перейти на ручную подачу снарядов к кормовым орудиям, что быстро снизило их скорострельность. Два вёдших пламя носовых 152-мм орудия стреляли ещё реже, поскольку из-за затопления их погребов боезапас подавался из кормовых погребов сперва наверх, а после этого вручную переносился в носовую часть корабля.

Всего за время боя в «Светлану» попало восемь снарядов, но самым тяжёлым повреждением была подводная пробоина. Остальные семь попаданий пришлись на надводную часть корабля. Осколками были повреждены практически все катера и шлюпки, уничтожены средняя надстройка и камбузы.

Взрывы повредили и великокняжеские апартаменты, но начавшийся в том месте пожар удалось скоро потушить. Не считая двух утонувших моряков, погибших на корабле не выяснилось – один офицер взял лёгкое ранение, а один матрос был не легко ранен. К концу дневного боя в кормовых погребах оставалось всего 120 выстрелов.

Ночью «Алмаз» и «Светлана», утратив из виду броненосцы, поднялись в кильватер за крейсером «Аврора» и некое время следовали за ним. Но из-за скорости и частых перемен курса держаться в строю, приятель за втором судам было тяжело. На протяжении одной из изменений курса «Бриллиант» не развернул за «Светланой», а, сохранив прошлый курс, скрылся в темноте.

В отличие от остальных судов Крейсерского отряда, ему удалось уйти от японцев и, в итоге, достигнуть Владивостока. Около 20 ч от отряда отстал крейсер «Владимир Мономах», а по окончании 21 часа – крейсер «Дмитрий Донской». Около 22 ч оставшиеся суда развернули на юг и на громадной скорости направились в Манилу.

Начальник «Светланы» С. П. Шеин, не забыв о приказе Рожественского направляться во Владивосток, в 22 ч 40 мин направил собственный корабль по курсу NO 23°, ведшему в том направлении малейшей дорогой.

Последний бой

К восходу солнца 15 мая 2-я Тихоокеанская эскадра прекратила существовать, а предстоящий ход битвы свёлся к поиску японцами отдельных русских групп и кораблей. С целью этого поперёк Цусимского пролива было создано пара завес из отрядов кораблей ВМФ. Японцы правильно вычислили, что сохранившиеся русские суда продолжат собственный путь во Владивосток малейшим путём, неизбежно проходя мимо острова Дажалет.

Всю ночь «Светлана» двигалась со скоростью 14–15 узлов – русские моряки не давали автомобилям больших оборотов, дабы искрами и пламенем из труб не выдать расположение корабля. Утром в пределах видимости обнаружился русский миноносец «Стремительный» (начальник – О. О. Рихтер), с которым «Светлана» дальше отправилась совместно. В 5 ч утра слева по курсу показался остров Дажалет, а скоро и четыре японских крейсера, от которых удалось уклониться, поменяв курс.

Ещё через час «Светлане» удалось избежать встречи с семью судами соперника, но в 7 ч утра русские суда были обнаружены 4-м боевым отрядом японцев. От японского отряда отделились бронепалубные крейсера «Отова», «Нийтака» и миноносец «Муракумо», каковые направились к русским судам.

Бронепалубный крейсер «Отова»
Источник – wikiwand.com

Уйти от японцев повреждённая «Светлана» не имела возможности. На офицерском заседании было единогласно решено сражаться до последнего боеприпаса, а после этого затопить корабль. Крейсер направился в сторону корейского берега, дабы выброситься на него либо быть затопленным на мелководье. В 9 ч 10 мин шедший головным «Отова» приблизился на расстояние 50 кб, и со «Светланы» по нему был открыт пламя из ютового и кормового орудий левого борта.

Из-за малого количества оставшегося боезапаса комендорам дали приказ не торопиться со стрельбой и наводить орудия тщательнее. В 9 ч 25 мин с «Отовы» был открыт огонь в ответ. Первого попадания японцы добились только через 20 мин., попав в кормовой мостик «Светланы» (наряду с этим был смертельно ранен глава кормовой группы орудий лейтенант А. Е. Арцыбашев).

Дабы затруднить сопернику пристрелку, «Светлана» начала маневрировать, меняя собственный курс, что на японских судах было принято за повреждение её рулевого управления.

Комендорам «Светланы» удалось добиться двух попаданий в «Отову», на котором было убито 5 и ранено 23 человека. Но соперник продолжил сближение, а в 10 ч 25 мин к бою присоединился японский крейсер «Нийтака». Обстрел русского корабля усилился.

Ещё один вражеский боеприпас попал в левый борт в каюту начальника, второй – в район ватерлинии с левого борта. Эту пробоину начало заливать волнами, и аварийная партия под управлением трюмного механика штабс-капитана А. О. Деркаченко начала борьбу за живучесть, заваливая её мешками и матрасами с углём.

Фрагмент картины «Крейсер «Светлана» в Цусимском бою». Создатель – А. А. Прикоснись
Источник – tsushima.su

В 10 ч 40 мин на «Светлане» кончился боезапас 152-мм снарядов. Скоро японский боеприпас перебил оба основных паропровода, и, окутанный дымом и паром, крейсер остановился. Миноносец «Стремительный», державшийся на протяжении боя на надёжной расстоянии, на полном ходу устремился к корейскому берегу. В погоню за ним последовали «Муракумо» и «Нийтака», но русскому кораблю удалось достигнуть кромки берега.

Экипаж миноносца взорвал его и высадился на берег, где позднее был пленен японцами.

На «Светлане» же по приказу начальника были открыты кингстоны, и люки и переборочные двери на палубе. Последний приказ, данный С. П. Шеиным в собственной жизни, звучал так: «Спасаться по возможности». Все катера и шлюпки на крейсере к тому времени были уже разбиты, исходя из этого моряки спасались, применяя спасательные круги, другие подручные и коечные сетки средства.

Сейчас крейсер «Отова», подойдя к неподвижному и не оказывавшему сопротивления русскому кораблю, начал стрельбу по нему. Под обстрелом погиб лейтенант Д. П. Толстой, а лейтенанту В. В. Дьяконову осколком боеприпаса оторвало руку. Один из снарядов попал в среднее машинное отделение, и все пребывавшие в нём люди погибли. Часть русских офицеров решила не покидать гибнущий крейсер и поделить с ним собственную судьбу.

Так, в кормовом котельном отделении остался кочегарный кондуктор унтер-офицер Селиванов, на мостике сказали о собственном ответе не покидать крейсер его начальник С. П. старший и Шеин офицер А. А. Зуров. Все они погибли, сражённые взрывами японских снарядов, до последнего мгновения собственной жизни руководя спасением экипажа.

В 11 ч крейсер «Светлана» лёг на левый борт с громадным дифферентом на шнобель. Началась агония корабля. В 11 ч 06 мин, со сбитыми стеньгами и задней дымовой трубой, но с поднятым Андреевским флагом, «Светлана» затонула в точке с координатами 37°0? с. ш. и 129°50? в. д. на глубине 600 м.

«Отова» стрелял по «Светлане» до момента её полного погружения, а после этого сделал ещё пара выстрелов по людям, плававшим в воде. Спустя некое время все три японских корабля, пребывавшие в этом районе, покинули место смерти русского корабля, не предприняв ничего для спасения моряков.

Не обращая внимания на критические условия, русские моряки до последнего сохраняли собственную сплочённость: более сильные люди поддерживали на плаву раненых и ослабевших, подбадривали их, не позволяя потерять надежду на спасение. Но, как ни старались моряки держаться совместно, волны и ветер всё больше дробили их на отдельные группы. Теряя последние силы, люди стали тонуть.

Через два часа к месту смерти «Светланы» подошёл японский вспомогательный крейсер «Америка-Мару», что начал выручать оставшихся на плаву. Последних сохранившихся поднимали из воды уже в темноте, но многие, так и не дождавшись спасения, погибли от истощения и переохлаждения сил уже в виду японского корабля.

Всего в воде были убиты боеприпасами японского крейсера и утонули лейтенант Л. В. Воронец, мичман Г. М. Нирод, прапорщики Н. Д. Свербеев и М. А. Агатеев, священник Ф. П. Хандалеев, три матросов-и унтер 40–50 офицера. Японцы спасли лейтенантов В. В. Дьяконова, П. П. Сонцова, А. В. Вырубова, Д. Г. Баркова, мичмана В. Е. Картавцева, полковника А. П. Петрова, штабс-капитана И. О. Деркаченко, поручиков С. Р. Невяровского и Г. М. Хоментовского, прапорщика Д. Ф. Михайлова, доктора Н. И. Карлова, семерых унтер-нижних чина 273 и офицеров. На следующий сутки военнопленных доставили в Сасебо, где погибло ещё пара человек из раненых, а также лейтенант В. В. Дьяконов.

По окончании Цусимы

По окончании возвращения из плена оставшихся в живых моряков девятнадцать из них, как самый отличившиеся, были награждены Георгиевским крестом 3-й степени, 259 человек – Георгиевским крестом 4-й степени. Рабочая группа по разбору событий Цусимского сражения, созданная по окончании войны, отметила «самоотвержение экипажа и величайшее» мужество «Светланы». В случае если отыскать в памяти ироничное отношение моряков 2-й Тихоокеанской эскадры к «светлановцам» как к «горничным», а к их кораблю – как к небоевой единице, то эта оценка стоит многого.

В честь доблести и героизма экипажа крейсера «Светлана» его имя взял один из восьми лёгких крейсеров, заложенных в Российской Федерации перед Первой мировой войной. Данный корабль был достроен уже при новой власти и под другим именем («Красный Крым»), но в годы ВОВ снискал себе славу, хорошую собственного предшественника, и удостоился звания гвардейского.

Перечень источников:

  1. А. В. Скворцов. «Крейсер I ранга «Светлана»». СПб:, Гангут, 2014 г, серия «Мидель-шпангоут».
  2. С. Р. Невяровский. «Смерть Светланы». Сборник статьей «С эскадрой адмирала Рожественского», Прага, 1930 г.
  3. А. В. Вырубов. «Смерть крейсера «Светлана»». СПб:, Гангут, 2007, №43
  4. А. С. Новиков-Прибой. «Цусима». Эксмо-Пресс, 2001 г.

Яхта без признаков жизни обнаружена российским крейсером в Атлантике


Темы которые будут Вам интересны: