Минная осень 1939 года

В октябре 1939 года ничего на британском восточном побережье не напоминало о том, что война с Германией идёт уже второй месяц. Где-то в море германские подводные лодки нападали на торговые суда, время от времени оказался самолёт германской дальней разведки. Германский флот? Он и в первую войну, на пике собственной мощи, был весьма редким гостем у берегов королевства, а на данный момент, учитывая количественное соотношение сил, появление германских надводных судов в домашних водах британцев казалось легко немыслимым.

Но весьма не так долго осталось ждать стало известно, что британцы ошибались по поводу германских моряков.

Внимание, мины!

Минному оружию в германском флоте постоянно уделялось повышенное внимание. Оно разрешало надёжно прикрыть ограниченный район развёртывания германского флота в юго-восточном районе Северного моря и одновременно с этим являлось прекрасным наступательным средством против зависящей от морского импорта Англии. Любой подрыв британского либо нейтрального судна не только означал утрату груза и транспорта, но и оказывал косвенное влияние на экономическое положение королевства.

Британцам приходилось закрывать фарватеры и порты для судоходства и отправлять тральщики для ликвидации угрозы. Оборачиваемость судов падала, возрастало время их простоя, и это напрямую оказывало влияние на крайне важный импорт.

Минная осень 1939 года

Участник минных постановок осени 1939 года, эсминец типа 1936 Z 21 «Вильгельм Хайдкамп» был введён в строй кригсмарине только в июне 1939 года, за два с половиной месяца до начала войны. Погиб корабль в гавани норвежского Нарвика 11 апреля 1940 года.

Неудивительно, что, в то время, когда торжествующие победители диктовали немцам условия Версальского контракта, они не забыли и таковой, казалось бы, незначительный вопрос, как наличие мин у послевоенного германского флота. Рейхсмарине разрешалось иметь в собственных арсеналах лишь 1665 мин. Данный пункт ограничений практически стал единственным, что немцы сходу всецело оставили без внимания, кроме того не скрывая этот факт от рабочей группы по контролю.

Они покинули 3675 мин, в два раза превысив разрешённый лимит.

Командующий рейхсмарине адмирал Эрих Редер (Erich Raeder) дал указания офицерам, участвовавшим в интернациональных конференциях, пояснять, что такое количество мин разрешает создать заграждение шириной всего 27 морских миль и помогает сугубо оборонительным целям. При польско-германского конфликта, в зависимости от событий, это разрешило бы минимально прикрыть Данцигскую бухту либо на время заблокировать датские проливы Бельт и Зунд.

Морские мины типа ЕМС на палубе германского эсминца «Леберехт Маасс» (Z 1 Leberecht Maass)

В начале двадцатого века на флоте Веймарской республики появилась разработки оружия и группа изучения для минной войны. Создана она была под впечатлением от британских магнитных мин, показавшихся в самом финише Первой мировой. Это изобретение британцев, разрешившее им вырваться вперёд в гонке минных разработок, вынудило немцев важнее заняться своим минным оружием.

По окончании прихода во второй половине 20-ых годов двадцатого века на пост главнокомандующего флота, Эрих Редер предоставил данной группе полную свободу в реализации и поиске технических ответов, и итог не вынудил себя продолжительно ожидать. Потом Редер писал:

«Возможно, ВМФ Германии проделал куда более интенсивную работу в области минной войны, чем флот каждый страны… в следствии острого интереса флота к данной проблеме мы со временем стали располагать целым арсеналом мин разных типов: магнитными, звуковыми, срабатывавшими от звука винтов проходящего над ними корабля; гидростатическими, реагировавшими на трансформацию давления, позванного кораблём над ними. Комбинируя разные их взрыватели и типы мин, мы имели возможность сделать отечественные минные заграждения кошмаром для любого вражеского тральщика».

Инспекция минно-заградительного оружия к началу Второй мировой подготовила лодочные, авиационные и предназначенные для постановки с надводных судов мины с разным принципом действия. Но вместо карт Бельта и Зунда на столах своевременного управления кригсмарине сейчас были развёрнуты карты Английских островов.

В ожидании долгих ночей

В то время, когда 3 сентября 1939 года Англия начала Германии войну, у кригсмарине уже были определённые своевременные разработки по ведению военных действий. Учитывая маленькую численность корабельного состава и очень отдалённые возможности его наращивания, выбор у Редера был мал. Оставалось уповать на ветхую теорию экономического сокрушения Британии путём блокады её борьбы и морских путей с торговым судоходством.

Так как надводных рейдеров и подводных лодок для осуществления данной цели было мало, новейшие донные магнитные мины стали рассматриваться, как это неоднократно бывало в Третьем рейхе, в роли «вундерваффе», должного произвести сокрушительный эффект. Для его довольно массового применения доходили лишь надводные суда, и руководство кригсмарине создало наглый замысел систематических минных постановок у берегов Англии кораблями ВМФ. Сентябрьские ночи были ещё через чур малы для аналогичных операций, и у немцев оставалось время для подготовки.

Германская магнитная «мина-черепаха» типа RMA

В качестве надводных заградителей Редер решил применять собственные эсминцы. Это были большие (водоизмещением более чем 2000 тысячь киллограм) однотипные суда новой постройки, вооружённые пятью 127-мм орудиями и восемью 533-мм торпедными аппаратами, развивающие скорость до 38 узлов. Любой из них имел возможность принимать на борт до 60 мин, исходя из этого быстроходное соединение эсминцев имело возможность в течение ночи выставить у британского побережья заграждение из нескольких сотен мин и возвратиться в родные воды.

Дополнительным стимулом для применения эсминцев стало острое нежелание Редера подвергнуться обвинениям в бездействии флота, которых хватало по опыту Первой мировой. В то время, когда руководство военно-морской группы «Вест» возразило против применения эсминцев для досмотра торговых судов в Скагерраке, «так как они не соответствуют данной задаче», оно взяло резкую отповедь из SKL (Seekriegsleitung — Штаб управления войной на море). Своевременное управление флота, планирующее грядущие минные операции, замечательно осознавало, что для накопления боевого опыта, поддержания морской боевого духа и выучки суда должны пребывать в море, а не сидеть в базах.

Английские тральщики за работой по очистке устья Темзы от мин

То, с каким вниманием управление рейха ожидало «минного наступления», характеризует поступивший 11 сентября 1939 года в SKL запрос, в котором второе лицо в стране рейхсминистр Рудольф Гесс (Rudolf He?) озабоченно интересовался, не преждевременно ли руководство флота разрешило подводным лодкам ставить мины у берегов Англии. Гесс опасался, что британцы смогут нейтрализовать одну из мин и сорвать эффект их массового применения.

Но штаб здраво рассудил, что малое количество мин, каковые ставили субмарины, оправдывает данный риск, тем более что добиться их массового и одновременного применения авиацией, эсминцами и лодками было фактически нереально. К тому же это разрешало узнать, имеется ли у британцев способы борьбы с собственным в далеком прошлом забытым изобретением. Сентябрь пролетел скоро, ночи становились всё дольше, и в Берлине сделали вывод, что пора затевать.

В то время, когда миновала первая семь дней октября, минному наступлению на берега Англии был дан зелёный свет.

При свете английских маяков

Первым этапом минных операций стал приказ главы SKL адмирала Отто Шнивинда (Otto Schniewind) от 7 октября 1939 года о немедленном применении для минных постановок у восточного и западной части береговой полосы Англии всех пригодных для данной цели малых подводных лодок типа II. При планировании немцы учли ответственный фактор: в случае если сами они в начале войны озаботились прикрытием собственных вод от проникновения соперника, поставив серию заграждений «Западный вал» (Westwall), то британцы, согласно данным разведки, собственное побережье такими заграждениями ещё не прикрыли. Нужно было торопиться.

9 октября 1939 года на заседании в штабе Шнивинд объявил, что радиоразведка и зарубежная пресса говорят о полном успехе магнитных мин и нужно «переходить к применению всех дешёвых средств». Уже на следующий сутки глава SKL прибыл к фюреру с докладом о замыслах флота по «осаде Британии» — как раз такое пафосное наименование взяла изоляции сокрушения островитян и стратегия торговли.

Мелкий «Уайтмантл» — первая жертва минных постановок германских эсминцев

Гитлер "настойчиво попросил" представить подробные мысли письменно, и 11 октября в SKL подготовили меморандум, в котором среди мер по борьбе с военным и торговым судоходством союзным флотом очень отмечалось усиление минирования узлов коммуникаций. События развивались быстро: утром 12 октября на заседании в SKL разглядели переданный по телетайпу доклад командующего военно-морской группой «Вест» адмирала Альфреда Заальвахтера (Alfred Saalwachter) о подготовке минных операций эсминцев.

Заальвахтер собирался предпринять первую постановку у восточной части прибрежной полосы Англии в устье реки Хамбер до новолуния 20 октября, но у него появились важные разногласия по поводу замысла операции с командующим флотом (Flottenchef) адмиралом Германом Бёмом (Hermann Boehm). По введённой в начале войны совокупности управления командующий флотом, не смотря на то, что и осуществлял управление всеми ударными надводными силами кригсмарине, в своевременном отношении подчинялся командующему военно-морской группы, в зоне ответственности которой базировался флот.

Такая необычная организация сходу стала причиной выяснения и трений границ полномочий. Операции эсминцев против Англии стали первым важным яблоком раздора между командованием района и командованием флота и повлекли за собой первую громкую отставку в кригсмарине. Бём настаивал, что тяжёлые суда флота должны снабжать эсминцы-заградители при возвращении и выдвигаться для этого в центральный район Северного моря. Заальвахтер был категорически против, чётко указав собственные мысли:

  1. Тяжёлые суда будут подвергнуты подлодок атак и опасности авиации.
  2. Будет исключён элемент неожиданности.
  3. Задачу прикрытия смогут выполнить люфтваффе.
  4. Лучшая защита эсминцев в таких операциях — скорость и неожиданность.

Опасения Бёма основывались на том, что эсминцы, спешно спроектированные и выстроенные до войны по принципу «всё и сходу», имели громадные неприятности с главными энергетическими установками. Сложные и недоработанные, они довольно часто выходили из строя. Именно на случай, в случае если эсминец утратит движение, «флоттеншеф» и желал обеспечить прикрытие.

SKL согласился с аргументами Заальвахтера, апелляции Бёма к Редеру не помогли. Как выяснилось потом, это было верное ответ, не смотря на то, что котлы эсминцев и оправдали опасения Бёма.

Армейский траулер особой постройки «Мастиф», снимок сделан приблизительно во второй половине 30-ых годов XX века

Первая операция началась вечером 17 октября 1939 года. Учитывая её важность, руководство принял лично «фюрер миноносцев» адмирал Гюнтер Лютьенс (Gunther Lutjens) на своём флагманском «Вильгельме Хайдкампе» (Z 21 Wilhelm Heidkamp). Кроме флагмана в операции принимал участие в полном составе 5-й дивизион эсминцев.

Это были новейшие суда последней предвоенной серии с форштевнями «атлантического» типа и улучшенными турбозубчатыми агрегатами. Как и флагман, они носили имена храбрецов германского флота Первой Мировой: «Дитер фон Рёдер» (Z 17 Diether von Roeder), «Ганс Людеман» (Z 18 Hans Ludemann), «Герман Кюнне» (Z 19 Hermann Kunne) и «Карл Гальстер» (Z 20 Karl Galster). Шестым кораблём отряда был приданный из 1-й флотилии эсминцев «Фридрих Экольдт» (Z 16 Friedrich Eckoldt).

Флагман мины не принимал, остальные пять эсминцев несли полный набор из 300 мин, 180 из них были магнитные — по 90 типов RMA и RMB. Такой же порядок соблюдался и в последующих постановках у Хамбера: флагман выходил на операции без мин, количество контактных и магнитным мин на борту остальных судов было приблизительно равным. Мина RMA, за полусферическую форму прозванная «Миной-черепахой» (Schildkrote), несла заряд в 800 кг взрывчатки; RMB была её уменьшенной копией с зарядом 460 кг.

Остальные мины относились к типу ЕМС (контактного типа, с диаметром 1,12 метра, с зарядом 300 кг). Сокрушительное воздействие магнитной мины детально обрисовал лучший эксперт кригсмарине по минно-тральному делу адмирал Фридрих Руге (Friedrich Oskar Ruge):

«Взрыв этих мин не разрушал часть борта, дабы после этого разрядиться вхолостую в наполненных легко сжимаемым воздухом внутренних помещениях корабля, а наносил через промежуточную несжимаемую массу воды маленький, но чудовищно мощный удар, что практически не повреждал борт, но приводил к огромным разрушениям в корабля. вспомогательные механизмы и Главные, клапаны и насосы выяснялись сорванными со собственных мест, чугунные части ломались, заклёпки вылетали, горловины корёжились… последовательность судов погиб вследствие того что на них были выведенными из строя все водоотливные средства, не смотря на то, что поступление воды было само по себе малым».

Первая операция прошла строго по замыслу без каких-либо осложнений: в течение ночи 18 октября эсминцы выставили заграждение на указанной позиции наоборот устья реки Хамбер. маневрированию и Навигационным расчётам содействовало то, что британцы, не ожидавшие проникновения в собственные воды, не остановили работы собственных маяков. Кораблей ВМФ британцев также увидено не было, и SKL с удовлетворением отметил в издании военных действий: «Операция прошла, как и планировалось, без контакта с соперником».

21 октября 1939 года сняли с должности «флоттеншефа» Германа Бёма, а на следующий сутки выставленные мины подстерегли собственную первую жертву. Пароход «Уайтмантл» (Whitemantle, 1692 брт) с грузом угля подорвался и затонул в шести милях от маяка Уайтернси, наряду с этим погибли 14 участников команды. В будущем на этом заграждении погибло ещё шесть судов, неспециализированные утраты тоннажа составили более чем 25 000 брт.

Тем временем кадровые перестановки во флоте длились: 26 октября вместо Лютьенса, возглавившего Разведывательные силы флота, был назначен капитан цур зее Фридрих Бонте (Friedrich Bonte), до этого руководивший 2-й флотилией эсминцев. Бонте стал и первым «фюрером эсминцев» — руководство решило поделить управление миноносцами и эсминцами.

Над водой возвышается только надстройка подорвавшегося и севшего на грунт эсминца «Джипси». В первой половине 40-ых годов двадцатого века обломки корабля были подняты и посланы в разделку на металл

1 ноября 1939 года SKL разрешил продолжение операций, наряду с этим особенное внимание Шнивинд уделил минированию устья Темзы. Сначала успех не сопутствовала новому командующему. Руководством была запланирована одновременная постановка трёх заграждений — двух в устье Темзы и одного у Хамбера, — но возвращение из Атлантики «карманного линейного корабля» «Дойчланд» (Deutschland) заставило отрядить для его эскорта группу эсминцев, которая должна была ставить мины у Хамбера.

Назначенный 7 ноября выход на минную постановку к устью Темзы двух групп в составе восьми эсминцев сорвался из-за неприятностей с котлами у флагманского «Вильгельма Хайдкампа».

Бонте перенёс собственный вымпел на «Карл Гальстер» и решил выйти на операцию следующим вечером, 8 ноября, но днём метеорологи дали штормовое предупреждение. Вечером 9 ноября на уже отремонтированном «Хайдкампе» Бонте опять постарался выйти на операцию, но сейчас о проблемах в автомобилях доложили «Ганс Людеман» и «Пауль Якоби» (Z 5 Paul Jacobi). «Карл Гальстер» и «Эрих Гизе» (Z 12 Erich Giese) приняли мины у неудачников, но сейчас метеорологи опять спрогнозировали усиление ветра до семи баллов, и эсминцам было нужно возвратиться в Вильгельмсхафен.

На следующий сутки, 10 ноября, уже «Герман Кюнне» сказал о наличии воды в горючем, но начальник «Ганса Людемана» корветтен-капитан Герберт Фридрихс (Herbert Friedrichs) доложил, что отремонтировался и готов выйти в море. Бонте было нужно ещё на дни отложить операцию. Вечером 11 ноября по окончании ещё одной серии неурядиц семь эсминцев однако вышли на минные постановки в устье Темзы.

Но проклятие «передовых разработок» преследовало немцев: уже практически сразу после выхода «Теодор Ридель» (Z 6 Theodor Riedel) и «Герман Шёман» (Z 7 Hermann Schoemann) сказали о неполадках в автомобилях. Им было приказано возвращаться на базу под эскортом исправного «Эриха Гизе». В следствии постановка заграждения в северной части устья Темзы данной группой была сорвана.

Флагман вместе с Z 18, Z 19 и Z 20 выставили ночью 12 ноября 180 магнитных мин у Гарвича.

Борт медлительно тонущего японского лайнера «Терукуни-мару» с крупно нарисованным флагом нейтрального в то время страны. Увы, мины не разбирали, кто перед ними

Учитывая проблемы и опасный район операции с машинно-котельными установками эсминцев, руководство группы «Вест» однако решило прикрыть их возвращение, но не тяжёлыми крейсерами и линкорами, а отрядом в составе шести лёгких крейсеров и миноносцев «Кёльн» (Koln) и «Нюрнберг» (Nurnberg). Не обращая внимания на все неудачи и перипетии, всё закончилось благополучно, а успех заграждения, выставленного на одном из самых оживлённых фарватеров мира, был оглушительным.

Уже утром радиоразведка немцев засекла резкое усиление радиообмена недалеко от постановки: в шестом часу подорвался минный английский заградитель «Эдвенчур» (HMS Adventure). 23 участника его экипажа погибли, корабль получил тяжёлые повреждения и утратил движение, запросив буксир. Через два часа подорвался эскортирующий его эсминец «Бланш» (HMS Blanche).

Как сообщают свидетели, удар донной магнитной мины был страшен: не было простого фонтана воды, но море практически вздыбилось, мачта сломалась, как спичка, людей повыбрасывало за борт. Корабль пробовали буксировать, но он перевернулся и затонул, став первым эсминцем Королевского флота, погибшим в данной войне.

Неспециализированный успех заграждения составил 13 затонувших судов на 48 728 брт, минный заградитель и одно судно были не легко повреждены. Немцы перехватили радиограмму о смерти «Бланша» и закрытии фарватеров к северу от Даунса, а SKL подчернул, что в устье Хамбера уже два судна заявлены британцами «страшными затонувшими объектами». Было разумеется, что заграждения действуют и минные операции нужно продолжать.

Немцы старались максимально использовать успешное для операций время года: ночи становились всё дольше, но постоянные отказы и сильные туманы матчасти эсминцев очень сильно осложнили действия «минных экспрессов» кригсмарине. Организовать устойчивые соединения постоянного состава было нереально, и Бонте приходилось всегда перетасовывать суда. В ночь с 17 на 18 ноября 1939 года немцам наконец удалось осуществить в далеком прошлом задуманный замысел по одновременной постановке двух заграждений: «Вильгельм Хайдкамп» и «Бернд фон Арним» (Z 11 Bernd von Arnim), возглавляемые «Германом Кюнне», выставили 120 магнитных мин в устье Темзы, а «Фридрих Экольдт», «Ганс Лоди» (Z 10 Hans Lody) и «Эрих Штайнбринк» (Z 15 Erich Steinbrinck) выставили 180 мин (из них 70 магнитных) у Хамбера, южнее самого первого заграждения.

Экипаж английского тральщика трудится с электромагнитным тралом

Первым сработало заграждение у Темзы. Уже днём 18 ноября на двух минах подорвался и затонул голландский лайнер «Симон Боливар» (Simon Bolivar), наряду с этим погибло 84 человека из 400 пребывавших на борту. 20 ноября жертвой мин стал армейский траулер особой постройки «Мастифф» (HMS Mastiff), погибло девять членов экипажа.

21 октября японский пассажирский лайнер «Терукуни-мару» (Terukuni Maru), что по окончании смерти «Симона Боливара», был на двое суток задержан в Саут-Даунсе на пути в Лондон, получил разрешение продолжить путь, но также подорвался на мине. Лайнер затонул, но жертв удалось избежать. Данный же сутки принёс и вторую утрату эсминцам Королевского флота: у Гарвича подорвался и выбросился на мель «Джипси» (HMS Gipsy), погиб капитан корабля и 30 членов экипажа, корабль было нужно списать.

Всего на заграждении погибли семь торговых судов, ещё одно взяло повреждения.

Постановка у Хамбера также была успешной: она вызвала гибель ещё семи торговых судов неспециализированной вместимостью 38 170 брт. Дальнее прикрытие группы, ставящей мины у Хамбера, осуществлял отряд в составе лёгкого крейсера «Лейпциг» (Leipzig) и четырёх миноносцев. Так весьма удачно завершились минно-заградительные операции эсминцев в осеннюю пору 1939 года. Британцы оставались в неведении об этих набегах а также не думали, что мины у их берегов ставятся надводными судами.

Руководство кригсмарине решило забрать маленькую паузу, тем более что эстафету у эсминцев сейчас приняли самолёты люфтваффе.

первая неудача и Первые итоги

В то время, когда 18 ноября 1939 года эсминцы швартовались по окончании похода в Вильгельмсхафене, в Берлине проводилось заседание SKL, на котором адмирал Шнивинд разрешил постановку авиацией воздушных магнитных мин типа LMA в устье Темзы при предварительном согласовании координат постановки с SKL. По окончании заседания в издании военных действий штаба была сделана запись, где подводились первые итоги минного наступления. Неспециализированный результат трёх осенних операций эсминцев смотрелся так:

  1. Заблокированы 300 магнитными минами северный и южный подходы к Темзе.
  2. Судоходный путь с севера на юг на протяжении восточной части прибрежной полосы Британии заблокирован 180 магнитными минами наоборот устья Хамбера.
  3. Само устье Хамбера заблокировано 70 магнитными минами.

Были отмечены следующие факты: британцы открыто объявляли о смерти на минах нейтральных судов, но утраты британских судов не объявлялись и фиксировались лишь данными радиоперехвата. Это разъяснялось рвением британцев вернуть нейтралов против немцев и оправдать собственную твёрдую блокаду Германии.

Однако то событие, что нейтралы из-за мин будут беспокоиться идти в британские порты, руководство кригсмарине вычисляло несомненным плюсом, превосходно укладывающимся в стратегию «осады Британии». Анализ обстановки у восточной части прибрежной полосы Британии подтверждал тот факт, что британцы были не готовы к применению новых мин и не имели средств борьбы с ними.

Заминированные районы не объявлялись надёжными (другими словами британцы не смогли их протралить) — напротив, судам предписывалось строго избегать их. Тактика постепенного применения магнитных мин сначала войны, а не применение их в одномоментной широкомасштабной операции кроме этого была признана верной.

Главный вывод подведения итогов гласил: минная война против восточного побережья и устья Темзы Англии должна быть всемерно усилена интенсивными операциями подводных лодок и эсминцев для полной дезорганизации судоходства в этих районах. Возможность того, что британцы отыщут метод противодействия угрозе магнитных мин, оценивалась как низкая.

Немцы были уверены: в случае если британцы и установят принцип действия этих мин, им потребуется большое количество времени, дабы создать способы их обезвреживания. Но последовавшие спустя пара дней события продемонстрировали, что в этом случае они очень сильно совершили ошибку.

20 ноября 1939 года двухмоторные поплавковые гидросамолёты «Хейнкель» He 59 в первый раз осуществили ночную постановку семи парашютных мин LMA в устье Темзы. Вылеты осуществлялись три ночи подряд (всего была выставлена 41 мина), и уже 22 ноября пилоты допустили роковую неточность. Один из He 59, попав под зенитный пламя, скинул мину на отмель около города Шойбори (Шоберинесс) на северном берегу эстуария Темзы.

Устройство самоликвидации при попадании мины на жёсткий грунт не сработало.

К началу Второй мировой поплавковый торпедоносец «Хейнкель» He 59 уже безнадёжно устарел и мог употребляться только в отсутствие ПВО соперника. Скоро неуклюжие бипланы перевели в поисково-спасательные эскадрильи

Британцы к тому времени уже додумались, что против них применяют их же патент 1918 года, да и показания военнопленных с подводных лодок подтверждали применение магнитных мин, но опытный образец мины для выработки мер нейтрализации был нужен им как воздушное пространство. Для изучения мины прибыла особая группа из «Каменного фрегата» — минно-торпедного исследовательского учреждения Королевского флота, известного как HMS Vernon (оно размешалось в комплексе строений в Портсмуте и было названо в честь ветхого фрегата, на котором базировалось до 1923 года).

Старший группы лейтенант-коммандер Джон Оври (John Ouvry) вместе с петти-офицером Чарлзом Болдуином (Charles Baldwin), показав выдающееся мужество, сумели нейтрализовать мину и доставить в «Вернон» для изучения. Так был раскрыт секрет «чудо-оружия» германского флота. По иронии судьбы, как раз в данный сутки, 23 ноября 1939 года, Гитлер в выступлении перед управлением вермахта заявил:

«В военно-морском флоте важное значение имеет изобретение новой мины. на данный момент самолёт делается главным средством минной войны. Мы усеем британские прибрежные воды минами, каковые нереально будет нейтрализовать.

Эта минная война с применением авиации требует другой совокупности исходных баз… Наличие целых минных заграждений в акватории вынудит Англию через некое время стать на колени».

Но успех экспертов «Вернона» отнюдь не означал перелома в минной войне, которая лишь начиналась и скоро превратилась в битву технологий и умов. Новое оружие немцев выяснилось только действенным, поставив британцев в весьма тяжёлое положение. Узнаваемый английский историк флота Стефен Роскилл так обрисовывал «минную осень» у берегов Англии:

«…Настоящей опасностью в первые месяцы войны были мины, поставленные судами, самолётами противника и подводными лодками. И тут немцы добились несомненного технического и тактического успеха… Ноябрь 1939 года был весьма тревожным месяцем, поскольку соперник сумел полностью остановить отечественное судоходство у восточной части прибрежной полосы. Какое-то время был открыт единственный проход в Темзу, и мы утратили на минах 27 судов (120 958 тысячь киллограм) за месяц».

Как это ни страно, британцы так и не додумались о деятельности немцев у собственных берегов и ни разу её не нашли. Пренебрежение к сопернику дорого им обошлось. До февраля 1941 года германские эсминцы без утрат выставили у берегов Англии в общем итоге 11 минных полей из 2160 мин, каковые стали обстоятельством смерти 67 торговых судов тоннажем 241 022 брт, трёх эсминцев и девяти запасных судов, кораблей и десятки судов получили тяжёлые повреждения.

Эти операции по праву считаются одним из самых громадных достижений германского надводного флота во Второй мировой.

Литература:

  1. Geirr H. Haar. The Cathering storm. The naval War in Northern Europe September 1939. — April 1940. — Seafort Publishing, 2013.
  2. Gerhard Koop, Klaus-Peter Schmolke. German Destroyers of World War II. — Seafort Publishing, 2014.
  3. Патянин С. В., Морозов М. Э. Германские эсминцы Второй мировой войны. Демоны морских сражений – М.: Яуза-Эксмо, 2007
  4. Редер Э. Гросс-адмирал. Воспоминания командующего ВМФ Фашисткой германии. 1935–1943 гг. / Перевод В.Д. Кайдалова. — М.: Центрполиграф, 2004.
  5. Роскилл С. У. Флаг Святого Георгия: Британский флот во Второй мировой / Пер. А. Больных. — М.: ACT, 2000.
  6. Руге Ф. Война на море. 1939–1945 / Перевод В.Я. Голанта. — М.: АСТ, 2000.
  7. https://archive.org.
  8. http://michaelhiske.de.
  9. http://www.zhanliejian.com.

Billie Holiday — The Essential Brunswick Recordings 1935-1939 (Not Now Music) [Full Album]


Темы которые будут Вам интересны: