Мосводоканал: как работает гидроснабжение москвы

Мосводоканал: как работает гидроснабжение москвы
    Шлюз Цементная камера шлюза установлена на намерено подготовленном грунте, снабжающем дренаж и устойчивость (схема из проектных документов к постройке канала Москва-Волга).
    Течение На данный момент около половины питьевой воды Москва приобретает из Волги через канал им. Москвы. Кроме того при самой идеальной фильтрации волжская вода имеет легкий зеленоватый осадок.
    Второй большой источник воды для столицы — водохранилища, созданные на Москве-реке, нескольких ее реке и притоках Вазузе. И только около 10% воды поступает из подземных скважин. Важных запасов подземных вод недалеко от Москвы нет.

Основатели Москвы вряд ли предполагали, что кинули в почву семя огромного мегаполиса, в противном случае нашли бы для нее место поближе к более важным источникам воды, чем реки Москва, Яуза и Неглинка. То, что Москве воды мало, стало ясно еще в конце XVIII — начале XIX века, в то время, когда была создана первая версия столичного водопровода и по кирпичным галереям из Мытищ к Трубной отправилась самотеком родниковая вода.

В 1902 году ввели в строй Рублевскую водокачку, что улучшило снабжение Москвы, но сделало состояние и без того небольшой Москвы-реки (из которой забиралась вода) еще более печальным. Река в тогдашней муниципальный линии имела глубину меньше метра и была отравлена нечистотами.

Металлический костяк чекистов

Но воды все равно не хватало. Население в Москве прибывало и прибывало, и в 1920—1930-х годах в столице показались районы застройки, к каким не были подведены ни водопровод, ни канализация. Такое положение угрожало важными санитарно-эпидемиологическими последствиями, и сталинское управление приступило к радикальному решению проблемы.

Страно, но кадры официальной кинохроники тех лет в полной мере правдиво демонстрируют, кто, как и в каких условиях рыл канал Москва-Волга. Вязкая глина, лопаты, тачки и тотальное преобладание ручного труда. Кинопропагандисты и не думали скрывать, что базу армии строителей канала (а стройка подавалась как сражение, где, само собой разумеется, без жертв — никуда) составляло воинство Дмитлага.

Вот зэки выгружаются из теплушек — в телогрейках, небритые, с мрачными лицами. Вот человек в буденовке регистрирует арестантах, заставляет именовать статью, строгим голосом задаёт вопросы о числе судимостей.

С позиций официоза на стройке канала делалось благое дело — «перековка» правонарушителей в сознательных граждан, а уж за что кто сидел — за «политику» либо за карманную кражу, — значения особенного не имело. «Около металлического костяка чекистов, — говорилось в том же фильме, — сплачивался цвет советских инженеров». Вправду, хоть управление стройки сплошь складывалось из сотрудников НКВД большого ранга, без классных экспертов в таком неповторимом проекте было не обойтись.

Первым главным инженером стройки стал Александр Иванович Фидман, после этого его поменял знаменитый гидростроитель и будущий академик Сергей Яковлевич Жук. Из инженерной команды на постройке канала вырос потом столичный университет «Гидропроект», к числу выдающихся свершений которого относится каскад волжских гидроузлов и Асуанская плотина на Ниле.

О том, что канал Москва-Волга стал могилой для несметного числа его строителей, написано и сообщено уже большое количество: по самым скромным оценкам от холода, болезней и истощения погибли около 120000 человек, чьи кости до сих пор находят в окрестностях волжско-столичного водного пути. Но разумеется, что труд и тех, кто погиб, и тех, кто выжил, не был напрасным. Подобно другим «великим стройкам коммунизма», канал им.

Москвы имеет огромное значение и сейчас: он сделал вероятным успешное существование огромного города. До сих пор около половины питьевой воды в Москву поступает из Волги через канал. Полноводная Москва-река, текущая под стенками Кремля, — это также в каком-то смысле Волга: действительно москворецкой воды в ней всего 10−15%.

Вверх по лестнице

Конструкция канала дает ключ к пониманию базисных разработок водоснабжения Москвы. В отличие, скажем, от Суэцкого канала, что имеется не что иное, как канава, прокопанная в песке между двумя морями, и имеет только транспортное значение, главная задача канала им. Москвы — подача питьевой воды, а устройство его значительно сложнее.

Первая особенность канала содержится в том, что в самом его начале, у города Дубны, находится Иваньковское водохранилище, появившееся в следствии перекрытия Волги плотиной. Для чего оно? Из-за чего не было возможности сделать канал легко в виде ответвления реки?

Ответ несложен: водохранилище позволяет накапливать воду и наряду с этим не зависеть от колебания стока самой Волги. Плотина собирает и удерживает весенние талые воды, не давая им понапрасну утечь в далекое море. В межень, в то время, когда естественный сток Волги значительно уменьшается, водохранилище разрешает наполнять водой саму Волгу ниже по течению (дается гарантированный попуск 30 м3/с) и отбирать воду для канала.

Вторая особенность канала им. Москвы в том, что вода в нем, снова же в отличие от Суэцкого, не идет самотеком. Проект соединить Москву и Волгу каналом «суэцкого типа» существовал, но был отвергнут как экономически нереалистичный. Дело в том, что между Москвой и Волгой протянулась Клинско-Дмитровская гряда — область низких холмов, оставшаяся на память от ушедшего на север ледника и формирующая водораздел Оки и Волги.

Прорыть ее, что именуется, полностью означало большие трудозатраты, непосильные кроме того для чекистов с их трудовыми армиями. Исходя из этого канал собственной конструкцией больше напоминает Панамский. Посредством лестницы из бьефов он взбирается на возвышенный участок, а после этого спускается вниз.

Самый большой бьеф (участок канала, примыкающий к гидросооружению) именуется водораздельным. В Панамском канале все легко: нижние бьефы заполняет океанская вода, а в роли водораздельного выступает пресноводное озеро Гатун, расположенное на возвышенности. В задачи же строителей канала им.

Москвы входило не только обеспечение водного пути, но и переброска через Клинско-Дмитровскую гряду огромных весов из Волги. Исходя из этого течение воды вверх обеспечили насосные станции, а переход судов из бьефа в бьеф — шлюзы. На северном склоне гряды (где вода идет вверх) устроено пять водонасосных станций и пять шлюзов.

После этого, по окончании водораздельного бьефа, включающего в себя цепь водохранилищ — от Икшинского до Химкинского, следуют еще два шлюза, каковые опускают волжскую воду к Москве-реке — на целых 36 м. Для организации судоходства в городской черте на Москве-реке было устроено (реконструировано) еще пара гидроузлов, создавших подпор и поднявших ее уровень.

Западный резерв

Предвидя, что кроме того огромного канала длиной 128 км для обеспечения города водой будет мало, в те же годы запрудили реку Истру, создав еще один резервуар питьевой воды — Истринское водохранилище. Истра — приток Москвы-реки, и, сбрасывая часть воды в нижний бьеф, возможно добиться повышения расхода воды в Москве — недалеко от Рублевского гидроузла, откуда, как и из водохранилищ канала Москва-Волга, осуществлялся забор воды в столичный водопровод. Так, Москву дополнительно подпитали водой с запада и севера.

Но неприятность водоснабжения Москвы отнюдь не была решена. Мегаполис рос и желал выпивать все больше. К 1960-м годам стало ясно, что воды хорошо бы подлить еще.

На северном направлении решили расширить пропускную свойство канала им. Москвы. Для этого на насосных станциях добавили пятую «нитку» (изначально на каждой из станций трудилось по четыре насоса), благо Иваньковское водохранилище разрешало расширить забор воды. Было нужно поработать и на западе, подпитывая Рублево. В течение 1960-х были созданы новые водохранилища — Можайское (на Москве-реке), Рузское и Озернинское.

Но и этого выяснилось мало. В 1970-х выстроили совокупность из Рузского, Яузского (имеется ввиду не столичная Яуза, а приток Гжати в Смоленской области) и Верхне-Рузского водохранилищ. Вода из Вазузы (притока Волги) перебрасывалась посредством насосов и каналов в Рузу, дабы снова же насыщать водой Москву-реку.

Были и другие, более экзотические проекты обеспечения Москвы водой. «В советские годы, в то время, когда считалась настоящей угроза ядерной войны, — говорит Александр Асарин, врач технических наук, помощник начотдела Университета «Гидропроект», — собирались брать воду из скважин, пробуренных на берегах Оки. Река питает грунт около себя, и вода, просачиваясь через землю, проходит естественную фильтрацию.

Мысль была в том, дабы переправлять эту воду к Москве по особому водоводу. Были кроме этого замыслы строительства еще одного водохранилища на Верхней Волге выше Иванькова».

До тех пор пока хватает

На сегодня Москве воды хватает, не смотря на то, что, в случае если и в будущем продолжится ее бурный рост, водоснабжение мегаполиса потребует масштабных и непростых ответов. Отдельную проблему образовывает экологическая обстановка около водохранилищ, применяемых как резервуары питьевой воды. Как мы знаем, что, к примеру, около Истринского водохранилища выстроены элитные поселки, обычно в нарушение существующих правил и законов.

Проконтролировать чистоту стоков, каковые эти домохозяйства сбрасывают в водохранилище, непросто, в особенности с учетом большого статуса обладателей.

И, очевидно, очень многое в ситуации с водообеспечением зависит от природы. «Впредь до предела 1970−1980-х европейская территория России волновалась три десятилетия маловодья, — говорит Александр Асарин.- Уменьшился сток Волги, начал опускаться уровень Каспийского моря. Тогда эти явления сочли необратимыми, и разрабатывался кроме того поразительно дорогостоящий проект переброски части стока северных рек (Печоры, Вычегды, Сухоны) в Волгу.

Позже 1979−1980 годы принесли многоводье, да такое, что водохранилища на Нижней Волге прекратили справляться. Дабы не допустить переливания воды через земляные плотины (что угрожает их разрушением), было нужно дополнительно сбрасывать воду из водохранилищ, и Волго-Ахтубинскую осознаю, на которой за десятилетия маловодья показался дачный самострой, как и положено, начало подтапливать. Показалась кроме того угроза подземным сооружениям на ракетном полигоне Капустин Яр.

Начальникам «Гидропроекта», спроектировавшего каскад волжских гидроузлов, было нужно разъясняться в ЦК. Но проект переброски северных рек погиб собственной смертью. Так природа вносит радикальные коррективы в отечественную работу, а предвещать ее капризы люди так и не обучились».

Насос

На фрагменте схемы, забранной из проектной документации к постройке канала Москва-Волга, продемонстрирована в разрезе насосная станция.

Боевые водоспуски: Война

Гидростроительство, активизировавшееся в 1930-е годы, выяснилось как запрещено кстати ввиду надвигавшейся войны. Думал ли Сталин о том, что водохранилища и каналы окажут помощь остановить неприятеля, неизвестно, но в действительности все оказалось как раз так.

Дабы задержать вермахт на западных подступах к Москве, войсками СССР была частично взорвана плотина на Истре с целью устроить наводнение на пути немцев. В то время, когда фашистским армиям удалось обойти Москву с севера, на их пути поднялся канал Москва-Волга. Воспользовавшись донными отверстиями, соединяющими канал с дюкером (трубой), в котором под каналом проходит река Сестра, гидроинженеры слили в осознаю реки часть Иваньковского водохранилища.

Обратным током через неработающие насосные станции была слита часть воды из водораздельного бьефа в осознаю реки Яхромы. Из-за понижения уровня лед на водохранилищах был взломан, а окрестности канала от Дубны до Яхромы перевоплощены в зону затопления. Неприятель пересек канал лишь недалеко от яхромы, но и оттуда был скоро выбит.

Существует кроме этого версия о том, что Сталин планировал при переезда и сдачи Москвы советского управления в второй город затопить столицу, открыв Химкинское водохранилище. В этом случае сорокаметровый вал, подпираемый водой всего водораздельного бьефа, принес бы городу большие разрушения.

Пять морей

Канал Москва-Волга не только насытил столицу водой, но и стал наиболее значимым элементом глубоководной ифраструктуры, которая с возникновением канала Волга-Дон перевоплотила Москву в «порт пяти морей». Канал не только связал Москву-реку с Верхней Волгой (что пробовал сделать еще Петр I), но и обеспечил наполнение водой самой Москвы-реки, которая отныне стала судоходной для громадных туристических судов, сухогрузов и барж.

С Нижней Волги в столицу шли баржи с овощами, фруктами и, конечно же, арбузами. Действительно, Сейчас речной грузовой транспорт приходит в упадок: сейчас в Москву баржами везут лишь песок и щебень.

Статья «Как напоили Москву» размещена в издании «Популярная механика» (№111, январь 2012).

Как работают снегосплавные станции Москвы


Темы которые будут Вам интересны:

Читайте также: