Нефтяная лихорадка: жир земли

Нефтяная лихорадка: жир земли
    Отжимаем нефть из песка
    Добыча нефти из нефтеносных песков — это горно-обогатительный процесс с низким коэффициентом нужного выхода. Для того чтобы получить один баррель нефти, необходимо переработать две тонны песка. Первый этап обогащения выполняется прямо на месте добычи
    Редкий момент, в то время, когда экскаватор Bucyrus 495 весом 1450 тысячь киллограм стоит без дела. На карьере «Маскег Ривер» пять таких экскаваторов трудятся фактически непрерывно. Четыре из них грузят нефтеносный песок в самосвалы, а один расчищает покрывающий месторождение грунтовый слой
    Самосвал Caterpillar 797B перевозит 350 тысячь киллограм груза со скоростью 65 км/ч и расходует 4000 л ДТ за 12-часовую смену в карьере «Маскег ривер»
    Данный трубопровод на нефтяном месторождении Северной Альберты применяют для транспортировки «дилбита» — суспензии из дегтеобразных углеводородов, растворителя, воды и песка. Станция назначения — нефтеперегонные фабрики в 500 км к югу

Над головой по-северному броское светло синий небо, но из кабины экскаватора Bucyrus 495 его не видно. Экскаваторщик Джон Мартин парит на высоте третьего этажа над трясиной из песка и грязи. В воздухе хоть топор вешай от серной вонищи. Но в кабины ситуация как в космическом корабле, Мартин обеими руками колдует над пультом наподобие тех, какие конкретно употребляются в компьютерных играх.

Ловкие перемещения его пальцев заставляют шевелиться целый экскаватор — металлическое чудище весом в полторы тысячи тысячь киллограм. Мартину требуется всего 25 секунд чтобы зачерпнуть разом около 70 т маслянистого бурого песка, развернуться на 90 градусов и вывалить целый ковш в кузов желтого карьерного самосвала.

Зачерпнул, развернулся, ссыпал. Пять ковшей — и кузов полон. Не успевает самосвал отъехать, а с правой стороны под боком экскаватора уже стоит-ждёт следующая машина.

Через несколько мин. и она отъезжает с полным кузовом, но по левому борту появляется еще одна.

Зачерпнул, развернулся, ссыпал

Экскаватор повторяет заученные перемещения практически весь день в течение 365 дней в году. Агрегат Bucyrus 495 стоит более $15 млн. Тут таких пять, и все они трудятся в карьере «Маскег ривер» в 80 км от Форт-Макмюррея, провинция Альберта.

Желтые самосвалы Caterpillar 797B, каковые возят добытую экскаватором нефте-песчаную смесь, — одни из самых громадных в мире автомобилей для того чтобы класса, и стоят они по $5 млн., но цена каждого окупается за первую семь дней работы. На карьере «Маскег Ривер» трудится в один момент 25 таких грузовиков.

Целый современный мир трудится практически только на нефти. Все легко дешёвые залежи уже истощены, осталось только пара многообещающих источников, но они расположены или в глубоководных районах океана, или в труднодоступных регионах, или же сырье пребывает в таких формах, каковые требуют громадных капиталовложений в переработку и добычу. С 2000 по 2005 год цены на сырую нефть подтолкнули добытчиков к тому, дабы положить в разработку месторождений целых $86 млрд.

Центр золотой лихорадки XXI века лежит в канадской провинции Альберта. В том месте, где на 140 000 км? раскинулись приполярные леса, недра почвы хранят 174 млрд. баррелей нефти. Это всецело разведанное месторождение считается по размерам вторым в мире по окончании нефтяных полей Саудовской Аравии.

Действительно, оно представляет собой залежи мокрого песка, смешенного с битумом — одним из вязких углеводородов. Нефть тут может содержать от 10 до 12% битума. К тому же нужные ископаемые накрыты 70-метровым слоем глинистого грунта, не считая распростертых сверху лесных массивов и болот.

Главный промышленный метод добыть битум из песчаной смеси очень несложен: битуминозный песок смешивают с тёплой водой и встряхивают, в следствии битум, песок и вода расслаиваются на отдельные фракции. Но данный метод не недорог. Разработка нефтепесчаных залежей рентабельна только при больших мировых стоимостях на нефть.

Самые большие компании, действующие в Альберте, — Suncor и Syncrude — начали добычу в 1967 и 1968 годах. на данный момент они создают в сутки приблизительно 560 000 баррелей нефти. В случае если добавить выработку компании Shell, которая ведет тут добычу с 2002 года, показатели достигнут 720 000 баррелей.

Кое-какие эксперты предвещают, что к 2020 году из этих нефтеносных песков будет добываться каждый день до 3 млн. баррелей чистой нефти.

«Столица» новой «нефтяной лихорадки» — Форт-Макмюррей. Когда-то это был мелкий сонный город, расположенный в 440 км к северу от Эдмонтона и окруженный глухими лесами. на данный момент тут базируется целая армия из 58 000 человек. По шоссе №63 автобусы и пикапы, транспортирующие рабочие бригады, медлительно ползут по перегруженному транспортом городу.

Но через пара километров к северу опять начинается таежная глушь. На виду дорожный символ: «Дальше вы едете на риск и свой страх — ближайшие 280 км на дороге не предусмотрено никакого обслуживания». Может показаться, что вы забрались на большом растоянии от последних границ цивилизации.

Но за поворотом дороги начинается настоящий индустриальный кошмар — бескрайняя бурая пустыня, трясина из грязи и песка. Тут и в том месте из железных башен вырываются в небо языки пламени, клубы пара и дыма, в грязи показываются лужи отработанной воды и таких ядовитых отходов, что около непрерывно рукоплещут особые воздушные пушки, отгоняя окрестных птиц, дабы они не садились на блестящую маслянистую водную поверхность. Среди этого мёртвого царства последовательностями стоят вагончики-спальни для вахтовиков, а на их фоне столпились поднявшиеся на передышку металлические колесные гиганты.

Карьер «Маскег ривер» довольно мал, но и его яма площадью 5 км? имела возможность бы вместить 120 стадионов средней руки. Множество дорог змеями вьются до самого дна. Им суждено всегда пребывать в недостроенном состоянии, потому, что огромный провал непрерывно расширяется и углубляется. Бульдозеры нагребают все новые кучи грунта, грейдеры их разравнивают, за ними едут цистерны с водой и поливают новехонькую грунтовку, дабы прибить пыль и сходу разрешить войти плачущие самосвалы.

Целый данный пейзаж — непрерывно двигающаяся и громыхающая симфония в исполнении оркестра из грандиозных механизмов.

На дне данной рукотворной пропасти геологи через каждые 50 метров бьют шурфы и добывают керны из слоев более глубокого залегания. В конторе на мониторах возможно заметить замысел всего разреза, на что наложена красная координатная сетка. В каждом узле сетки стоят песка — соотношения и числа битума на различных горизонтах. Эти соотношения принято именовать «сортностью руды».

Четыре экскаватора трудятся в карьере на различных уровнях (пятый агрегат употребляется для снятия верхних слоев покрывающего обнажения и грунта нефтеносных горизонтов). Грузовики — 24-цилиндровые 3,5-тысячесильные чудовища — не останавливаются ни на 60 секунд.

Заполнив в очередной раз кузов, грузовик трусит к дробилке: сдает задним ходом к скалистому обрыву и вытряхивает собственный груз в пасть с множеством огромных металлических вращающихся зубов. Любой час они перемалывают практически 15 000 т слежавшегося песчаника. «Молотый» полуфабрикат ссыпается на ленту конвейера (самого громадного в мире) и едет по ней к хранилищу высотой с пятиэтажный дом.

Из башни-элеватора еще три конвейера понесут сырье к семейству радиальных барабанных дробилок — оттуда выйдет смесь с довольно небольшими комьями, в которую додают тёплую воду. Полученная суспензия закачивается в двухкилометровый трубопровод и на пути дополнительно взбалтывается, так что битум начинает всплывать, а песок — оседать. Из трубы суспензия сливается в емкость первичной сепарации. Тут в нее добавят еще сепарация и воды продолжится.

На этом этапе смесь принято именовать «пенником» — в ней 60% битума, 30% воды и всего 10% жёстких веществ.

«Пенник» смешивают со особым растворителем (в большинстве случаев это «тяжелый бензин») и приобретают «дилбит» («растворенный битум») — его уже возможно гнать по трубопроводу практически до Эдмонтона. В том месте, в городе Форт-Саскачеван, стоят нефтехимические установки компании Shell. Применяя водород, долгие углеводородные молекулы битума рвут на фрагменты в ходе крекинга и приобретают целый спектр синтетических нефтепродуктов. На нефтеносных песчаных залежах Альберты трудятся 33 000 человек.

Привычный режим — 12-часовые рабочие смены, 4 дней отдыха и 5 дня работы.

Эксплуатация карьера требует больших энергозатрат. На Маскеге намерено выстроена 172-мегаваттная электростанция, действующая на природном газе. Она дает энергию для работы экскаваторов, конвейеров и другого энергоемкого оборудования. Тут каждый день сжигается 17 млн. м3 газа, и это только 10% от всей стоимости работ.

Таких ежесуточных энергозатрат хватило бы чтобы отапливать 3,2 млн. канадских жилищ. Добавим, что для получения каждого барреля нефти приходится расходовать от двух до пяти баррелей воды. Добывающие компании имеют разрешение на ежегодный отбор 500 млн. тысячь киллограм воды из реки Атабаска.

По словам Дэна Войниловича, ведущего аналитика одной из канадских природозащитных организаций, «никто еще не знает, к чему это все приведет».

Лишь 10% нефтеносных песков Альберты возможно разрабатывать открытым способом. Другая часть этого месторождения залегает через чур глубоко, находится в пористых скальных породах и обязана добываться прямо в пласта. Это намного более сложная разработка — добытчик обязан закачивать пар вовнутрь месторождения, а позже откачивать на поверхность «болтушку» из воды и битума.

Экологов такая разработка тревожит еще больше, чем открытые разработки.

Так стoят ли эти запасы углеводородов расходуемых для них ресурсов? Приверженцы теории, известной называющиеся «пик нефтедобычи» (выдвинутой геологом-нефтяником Кингом Хаббертом), дают предупреждение, что мы приближаемся к вершине в динамике общемирового нефтепотребления и, когда достигнем этого пика, оставшиеся запасы начнут таять на глазах, причем никакие меры не спасут мир от глобальных экономических потрясений.

Очевидно, промышленники имеют собственный вывод. Райола Дотер, ведущий аналитик Американского университета нефти, говорит так: «Мы не считаем, что пресловутый пик настанет до 2044 года. Возможно, их удастся отодвинуть за горизонт будущего века. Большие стоимость бареля нефти и развитие новых разработок разрешает нам стремиться к новым пределам.

На данной планете немыслимые количества нефти — вопрос лишь в том, по какой цене и в какой форме».

Тем временем в городе Форт-Макмюррей дома и многоквартирные дома растут как грибы. Финансовые реки золотой лихорадки действуют подобно наркотику. «Для всех нас, — говорит экскаваторщик Джон Мартин, — это настоящий Клондайк. Действительно, иногда случается придешь к себе, ляжешь дремать, а во сне все так же — зачерпнул, развернулся, ссыпал»

Экономический баланс предприятия

По оценкам Канадской ассоциации производителей бензина, выработка одного барреля сырой нефти из нефтеносных песков обязана обходиться приблизительно в $20. на данный момент на рынке за баррель дают $56, так что Маскег обязан давать выручку в 14,7 млрд. в год, а за вычетом себестоимости — $9,5 млрд. Но в расчетную себестоимость почему-то не включены проценты по кредитам на создание инфраструктуры, отчисления в бюджет за право эксплуатации месторождения, цена доставки нефтепродуктов потребителям и энергозатраты.

Статья размещена в издании «Популярная механика» (№54, апрель 2007).

Сериал \


Темы которые будут Вам интересны:

Читайте также: