Охота за бисмарком

Первую мировую Германия, как мы знаем, проиграла. Более полувека объединения земель, строительства империи, упрочнений «Металлического канцлера», результаты последовательности войн второй половины девятнадцатого столетия были израсходованы впустую. Германия прекратила собственное существование, сменившись по окончании серии революционных потрясений Веймарской республикой, потерявшей все колонии и приблизительно десятую часть территории метрополии, отошедшую к шести различным государствам.

В Рейнской области, формально оставшейся за Германией, ещё десятилетие по окончании заключения мира хозяйничали войска Антанты. На вооружённые силы был наложен последовательность твёрдых ограничений. Экономика, пребывая в разрухе по окончании революционных выступлений и войны, была дополнительно обременена внушительными репарациями.

Охота за бисмарком

Достройка Бисмарка. у причальной стены в Гамбурге

Но Германия всё ещё оставалась наибольшей по окончании СССР страной континентальной Европы, с бессчётным квалифицированным и трудолюбивым населением, с лучшей в мире совокупностью образования: интернациональным языком науки, которым на данный момент есть английский язык , в то время заслуженно считался германский. Положения Версальского соглашения кроме того среди бывших соперников не считались ни разумными, ни честными. Чаще их характеризовали как «оковы».

Любому германскому патриоту, да и просто любому здравомыслящему человеку было разумеется, что подобная обстановка не имеет возможности и не должна длиться чрезмерно продолжительно. Не обращая внимания на поражение в прошедшей войне, Германия должна была опять стать великой державой. Великой же державу, и это общеизвестно как минимум с римских времён, делает её армия.

И флот.

А из флота – само собой разумеется, линейные корабли, сплав людской гения с промышленным потенциалом, разрушительная мощь и несокрушимая броня орудий, наибольшее создание людских рук, предназначенное для убийства себе аналогичных. Членство в «линкорном клубе» было желанным, но недостижимым для большинства государств: как не без ехидства отмечали, к счастью для их экономики.

Неудивительно, что когда с приходом к власти НСДАП «версальские цепи», под ликование германского народа и сдержанное одобрение за границей, начали спадать, вопрос о постройке германских линейных кораблей перешёл в практическую плоскость. А 18 марта 1935 года Германия официально разорвала Версальский контракт.

Первыми были заложены «Шарнхорст» и «Гнейзенау», в июне всё того же 1935 года. Умеренного для линейных кораблей того времени водоизмещения, с достаточно не сильный оружием, но однако линейные корабли. Кое-какие эксперты, но, относили их к линейным крейсерам. Сразу после их закладки было подписано Англо-германское морское соглашение, всецело пересмотревшее ограничения развития германского флота.

Отныне тоннаж германского флота, за исключением подводных лодок, был обязан не быть больше 35% от британского в каждом классе судов. Учитывая прошлые ограничения, это означало, что Германия может строить флот максимальными темпами: превышать нормы контракта было нереально по сугубо экономическим обстоятельствам.

Через год, 1 июля 1936 года, на верфи компании BlohmVoss в Гамбурге был заложен один из наибольших в мире линейных кораблей, в честь «Металлического канцлера», объединившего Германию, взявший имя «Бисмарк». Через четыре месяца в Киле был заложен его систершип «Тирпиц».

Гитлер на палубе Бисмарка

Характеристики линейного корабля были внушительны. Замечательное бронирование, 50 900 тысячь киллограм полного водоизмещения, четыре двухорудийные башни главного калибра с 380-миллиметровыми орудиями, тридцатиузловой движение, 251 метр полной длины, три паровые турбины неспециализированной мощностью 150 тысяч лошадиных сил, 2200 человек экипажа. На момент спуска на воду это был самый замечательный линейный корабль в мире.

Пара позднее его превзошли японские линейные корабли типа «Ямато» и американские типа «Айова».

В феврале 1939 года его спустили на воду. В праздничной обстановке, в присутствии Гитлера, классическую бутылку шампанского о борт корабля разбила Доротея фон Бисмарк, внучка известного канцлера. В последних числах Августа 1940 корабль ввели в состав флота. Капитаном корабля стал капитан первого ранга Эрнст Линдеманн.

К весне 1941 года «Бисмарк» готовься к боевым выходам.

Аэрофотосъемка Бисмарка (в правом верхнем углу снимка) на стоянке в Бергене

Нужно подметить, что германский флот, кроме того имея в собственном составе два замечательнейших линейного корабля, в открытом бою никак не имел возможности соперничать с английским, в котором линейных крейсеров и линкоров было пятнадцать. Командующий ВМФ Германии гросс-адмирал Эрих Редер это осознавал в полной мере отчётливо и не уставал напоминать Гитлеру о значении флота по большому счету и о слабости флота германского в частности.

Практически, германскому флоту в условиях полномасштабной войны с Британией, начавшейся вопреки всем расчётам Гитлера, оставалась рейдерская тактика, хорошо зарекомендовавшая себя в прошедшую войну. Задачей главных сил флота становилось не господство на море, неосуществимое при существующем соотношении сил, а нарушение морского снабжения, критически серьёзного для Британии. Первый боевой выход «Бисмарка» планировался как раз как рейдерский: выход в Атлантический Океан и атаки конвоев, по возможности избегая контакта с большими боевыми судами соперника.

Линейный корабль Бисмарк в первой половине 40-ых годов двадцатого века

Потому, что таковой контакт однако представлялся достаточно возможным, изначально планировалось послать соединение из нескольких судов. В совершенстве к «Бисмарку» должны были присоединиться чуть ли не все линейные силы Германии: и «Шарнхорст», и «Гнейзенау», и «Тирпиц».

Но «Тирпиц» проходил ходовые опробования и к боевому выходу готов не был. «Гнейзенау» был серьёзно повреждён атаками британской авиации, и ремонт его должен был занять очень продолжительное время. «Шарнхорст» также стоял в ремонте в сухом доке из-за износа судовых автомобилей, а морские конвои союзников не планировали ждать. По окончании последовательности переносов окончательный срок выхода в море был назначен. Операция стала называться «Рейнбунг»: Рейнские учения.

18 мая 1941 года под неспециализированным руководством адмирала Гюнтера Лютьенса «Бисмарк» в сопровождении тяжёлого крейсера «Принц Ойген» вышел в море из Готенхафена (совр. Гдыня, Польша). На следующий сутки около острова Рюген к ним присоединились эсминцы сопровождения Z-23, Z-10 и Z-16.

В случае если взглянуть на карту Северной Атлантики, то возможно подметить, что Германия находится в достаточно невыгодном положении для океанских операций. Прямая дорога ведёт через Ла-Манш, узкий пролив, довольно часто именуемый Британским каналом. Попытка совершить через него большие суда приведёт к гарантированному обнаружению, по окончании которого на рейдеры набросится целый наличный Королевский флот.

Чуть лучше обстояла обстановка в Бискайском заливе, ставшем вотчиной германского флота по окончании капитуляции Франции. Но в том направлении также нужно было как-то добраться. Маршрут «Бисмарка» был проложен на протяжении норвежских берегов и потом на север около Исландии.

Пройдя Датским проливом между Гренландией и Исландией, вне территории действия авиации союзников, суда попадали в Северную Атлантику и должны были функционировать по обстановке, перехватывая линии снабжения. Финишировать предполагалось во Франции, в Бискайском заливе, где в порту Брест уже находились «Шарнхорст» и «Гнейзенау». Следующий выход предполагался уже совместным.

20 мая эскадра прошла пролив Каттегат, но была обнаружена шведским крейсером «Готланд» в час пополудни. С крейсера радировали в Стокгольм, в том месте информация попала к английскому атташе, и наконец, в девять вечера в Лондон передали сообщение о германской эскадре в Каттегате. На «Бисмарке», со своей стороны, сообщение крейсера перехватили, и Лютьенс известил об этом руководство радиограммой.

По воспоминаниям современников, адмирал Лютьенс был хороший и грамотный моряк, но с пара старомодными взорами. В частности, режиму радиомолчания громадного значения он не придавал.

На выходе из пролива, уже на закате, вблизи Кристиансена эскадру заметил норвежский партизан Виго Аксельсен, и также сумел передать сообщение британцам. Выход эскадры совсем прекратил быть тайной. 21 мая британский самолёт сфотографировал тяжёлые суда, стоящие на якоре в порту Берген. Анализ снимков разрешил идентифицировать соперника.

На патрулирование Датского пролива были направлены крейсера «Норфолк» и «Суффолк», а линейному крейсеру «Худ», линейному кораблю «Принц оф Уэльс» и шести эсминцам было приказано идти к Исландии.

В тот же вечер германская эскадра, покинув суда снабжения, вышла в море из Бергена. На стоянке «Принц Ойген» дозаправился с танкера «Воллин», но «Бисмарк» не известно почему отказался от дозаправки. Данный отказ кроме этого считается одной из неточностей адмирала Лютьенса.

Последними эскадру покинули эсминцы в начале утра 22 мая.

Тяжёлый крейсер Суффолк

Утром 24 мая эскадра вошла в Датский пролив. В 5:25 акустики «Принца Ойгена» зафиксировали шум винтов. В 5:37 был установлен визуальный контакт с судами союзников, сначала принятых за крейсера. В 5:52 британский линейный крейсер «Худ» дал первый залп по германскому крейсеру. С ним шёл линейный корабль «Принц оф Уэльс», только что введённый в состав флота и по некоторым сведениям ещё не прошедший полного цикла опробований. Он открыл огонь по линкору.

По окончании обмена залпами «Бисмарк» взял пробоину в носу и начал терять горючее и принимать воду. «Худ» же взял попадание в район грот-мачты, на нём начался сильный пожар. В 6:00, через восемь мин. по окончании начала боя, британские суда начали поворот, дабы ввести в бой кормовые башни. Сейчас «Бисмарк» своим пятым залпом добился ещё одного попадания в «Худ»: неизвестно в точности, что именно случилось, но "Наверное," детонировал боезапас.

Линейный крейсер переломило пополам замечательным взрывом, и через 180 секунд его остатки провалились сквозь землю под водой. В живых осталось лишь три человека из всей команды.

Карта охоты на Бисмарка

«Принц оф Уэльс», оставшись в одиночестве и взяв семь попаданий, вышел из боя под прикрытием дымовой завесы. Адмирал Лютьенс отказался от преследования.

Оценивать это решение возможно по-различному. С одной стороны, у германской эскадры были хорошие шансы записать на собственный счёт ещё один британский линейный корабль: завидная добыча. С другой же – задерживаться в Датском проливе означало повысить возможность подхода вторых британских судов: далеко от своих баз, на уже повреждённом судне это было через чур рискованно. «Бисмарк» взял три попадания, его скорость упала до двадцати восьми узлов, была утрачена часть горючего, корабль зарывался носом в воду.

Оценив обстановку, адмирал решил малейшим путём уходить в порт Сент-Назер.

Бисмарк ведёт пламя по Худу, снимок с борта Принца Ойгена

Крейсера «Норфолк» и «Суффолк» отправились в погоню. «Принц оф Уэльс» последовал за ними. С запада выдвинулись главные силы английского флота под руководством адмирала Джона Тови в составе линейного корабля «Кинг Георг V», линейного крейсера «Рипалс», авианосца «Викториес», эскадры лёгких крейсеров и девяти эсминцев. Со стороны Гибралтара вышли линейный крейсер «Ринаун», авианосец «Арк Ройял» и крейсер «Шеффилд».

Всего английским адмиралтейством было задействовано восемь линейных крейсеров и линкоров, два авианосца, пятнадцать крейсеров и двадцать два эсминца.

С семи часов вечера 24 мая до часа ночи суда пара раз обменивались залпами, но напрасно. Одвременно с этим Лютьенс отдал приказ «Принцу Ойгену» выйти из эскадры и двигаться дальше самостоятельно. Линейный корабль остался в одиночестве.

В 23:27 торпедоносцы «Суордфиш» с авианосца «Викториес» атаковали линкор и добились одного попадания торпеды, не принесшего больших повреждений. В три часа десять мин. 25 мая «Бисмарк» поменял курс, и преследователи утратили контакт, чему содействовала ухудшившаяся погода. Но в семь и девять часов утра Лютьенс дал две радиограммы, что разрешило британцам уточнить местонахождение линейного корабля.

Но контакт с кораблём был восстановлен лишь в 10:30 26 мая, после того как нашли линкор морским разведчиком «Каталина». Более дней линейный корабль двигался в сторону Франции с переменной скоростью, пробуя на ходу исправить повреждения. В момент обнаружения «Каталиной» до Сент-Назера оставалось семьсот миль и приблизительно 35 часов хода.

Торпедоносец «Суордфиш I» из 820-й эскадрильи пролетает над авианосцем «Арк Ройял»

Лишь в 20:47 «Суордфиши» с авианосца «Арк Ройял» опять атаковали линкор. Из всех скинутых торпед попала одна, но именно она заклинила рули. Линейный корабль утратил управление. Попытки исправить повреждение, предпринимавшиеся первую половину ночи, были неудачными. Адмирал Лютьенс послал последнюю радиограмму: линейный корабль неуправляем, мы будем сражаться до конца.

В 21:15 штаб кригсмарине подписал приказ: «Подводным лодкам, сохранившим запас торпед, срочно, на большой скорости направляться к «Бисмарку» в сетку квадрата БЕ-29».

Тяжёлые суда союзников сходились для последнего боя. Ближе к утру британские эсминцы много раз пробовали нападать повреждённый линейный корабль, но не добились успеха.

В 8:47 утра 27 мая линейные корабли открыли огонь. В 10:39, исчерпав все возможности к сопротивлению, команда открыла кингстоны. «Бисмарк» затонул, не спустив флага. Британские суда подняли из воды 116 человек.

Ни Лютьенса, ни Линдеманна среди них не было.

Снимок тонущего линейного корабля с борта крейсера Дорсетшир

Как в большинстве случаев и не редкость, в рейде «Бисмарка» возможно проследить последовательность совпадений, случайностей, везения и ошибок с обеих сторон, складывающихся в закономерный результат. Так, вечером 26 мая первая волна торпедоносцев «Арк Ройяла» нападала не «Бисмарк», а английский крейсер «Шеффилд». Но «Шеффилд» сумел увернуться от одиннадцати торпед.

Несколькими часами раньше «Арк Ройял» и «Ринаун» прошли перед носом у субмарины U-556, которая пребывала в совершенной позиции для торпедной атаки – но, к отчаянию её начальника, без торпед, израсходованных ранее.

Выжившие германские моряки с линейного корабля «Бисмарк» поднимаются на борт британского крейсера «Дорсетшир»

Столь печальный финиш первого же боевого выхода наибольшего линейного корабля произвёл на Гитлера самое гнетущее чувство. Это была уже вторая большая утрата германского флота, первой был «Адмирал граф Шпее», представитель очень необычного класса «карманных линейных кораблей», блокированный в порту Монтевидео в декабре 1939 года и стёртый с лица земли командой: но однако масштаб утрат был несопоставим.

Операции надводных судов были на долгое время свёрнуты, практически они продолжились лишь на Севере, где им также не через чур сопутствовала успех. Боязнь фюрера утратить дорогую игрушку начала превалировать над здравым смыслом. Потом эта боязнь стала причиной известному приказу об отказе от применения больших кораблей ВМФ.

В 2002 году вышел документальный фильм Джеймса Камерона «Экспедиция «Бисмарк». Для его съёмок употреблялись подводные аппараты «Мир», базировавшиеся на борту НИС «Академик Мстислав Келдыш».

Кадр из фильма Джеймса Кэмерона Экспедиция Бисмарк. Глубоководный аппарат над затонувшим линкором

Бисмарк История гибели


Темы которые будут Вам интересны:

Читайте также: