Победа матрицы: киноэффекты

Победа матрицы: киноэффекты

Bullet time в квадрате

Во второй половине 90-ых годов двадцатого века режиссеры братья Ларри и Энди Вачовски, и создатель основных эффектов «Матрицы» Джон Гаэта поразили мир разработкой bullet time — имитацией перемещения несуществующей кинокамеры. Новым планам братьев в рамках этого изобретения стало тесно. Гаэта жаловался, что эта разработка не хватает эластичная и через чур трудоемкая; к тому же она успела превратиться в клише и была много раз спародирована.

Последний момент весьма расстраивал создателей «Матрицы», и продюсер Джоэль Сильвер кроме того дал обещание, что новые эффекты повторить не сможет никто. «Они не просто подняли планку для боевиков со эффектами — они ее стёрли с лица земли», — с восторгом сказал он перед премьерой картины «Матрица: Перезагрузка».

Кульминационным моментом данной ленты стал эпизод под кодовым заглавием «burly brawl», либо же «громадная свара».

Нео вступает в схватку с агентом Смитом (Хьюго Уивинг), что размножается, подобно вирусу, внедряясь в тела прохожих — кроме этого жителей Матрицы. Не обращая внимания на это Нео демонстрирует виртуозное кун-фу и одерживает верх над целой сотней соперников, любой из которых — еще один агент Смит. Эпизод, что Гаэта именовал «bullet time в квадрате», создан при помощи виртуальной камеры — свободной от законов земного притяжения совершенно верно равно как и Нео.

Новую разработку создатели картины назвали «виртуальной киносъемкой» (virtual cinematography). Начинается она с motion capture — передачи в компьютер информации о наружности, мимике и жестах актеров. В огромном ангаре на ветхой военной базе в Аламеде (Калифорния) была устроена самая громадная в то время в мире площадка для motion capture. Тут размешалась конструкция из 32 камер, в которую были объединены четыре стандартные установки для motion capture, из восьми камер любая.

Для более сложных съемок использовался комплект из пяти камер: открытая «на полную катушку» 35-миллиметровая камера плюс две подобные камеры по бокам, одна сверху под потолком и одна под углом к площадке.

Все это достаток было дано в распоряжение гонконгского постановщика трюков Йена Ву-Пинга. Под его началом пребывало пара десятков его мастеров — и соотечественников каскадёров кун-фу, обладателей тёмных поясов. Всех их нарядили в особые костюмы с датчиками, каковые передавали данные в компьютер для монтажа и обработки.

На взгляд непосвященного, костюмы эти больше напоминали пыточные устройства. Взлетая в атмосферу на особых тросиках и нанося удары, каскадеры делали по сотне дублей в сутки. «Так мы создали целую библиотеку перемещений, каковые возможно было применять потом», — растолковывал Джон Гаэта.

Съемки — виртуальные, актеры — настоящие

Совмещение трюков в исполнении дублеров с лицами актеров не есть чем-то новым в кино. Но в большинстве случаев лицо исполнителя появляется при таких условиях на считаные секунды, а сам момент подмены маскируется, к примеру, дымом. Лица храбрецов «Матрицы» через чур прекрасно привычны аудитории, и в течение продолжительного поединка они должны были оставаться видны.

По окончании того как Уивинг и Ривз закончили собственную часть работы над эпизодом, настал их черед пройти через motion capture. Их попеременно усаживали на площадке в окружении пяти цифровых камер Сони HDW-900, каковые были созданы для съемок второго эпизода «Звездных войн» Джорджа Лукаса. Тут в течение нескольких часов им предстояло демонстрировать целый комплект выражений для грядущей драки.

Фиксировалось все, впредь до волосков и небольших пор на коже. К взятым данным, по выражению Гаэты, относились трепетно, «как к святой воде». Их не записывали на диски, потому, что неизбежное сжатие имело возможность привести к утрата информации, и хранили в неизмененном виде.

Материал был проанализирован посредством методов, написанных программистом русского происхождения Георгием Борщуковым. Они прослеживали путь каждого пикселя из кадра в кадр. Комплекс данных с головы каждого актера был направлен в компанию Arius 3D, создавшую сканеры с максимально высоким разрешением.

Показавшимся в следствии данной работы компьютерным двойникам нарастили мускулы и смоделировали одежду — тёмную рясу для Нео, мрачный костюм для агента Смита. Затем храбрецов возможно было вписать в каждые декорации и продемонстрировать в любом ракурсе, выстраивая самые причудливые траектории перемещения несуществующей, «виртуальной» камеры. «Виртуальная киносъемка не вытесняет актеров, — настаивает Гаэта, — она разрешает их виртуальным помощникам делать сверхчеловеческие трюки». Сами актеры также при деле: так как это их мимику, их игру мы видим на экране.

Стрельба по тарелкам

Вторым большим и трудоемким эпизодом фильма «Матрица: Перезагрузка» стала погоня. Спеша к ближайшей телефонной будке, благодаря которой осуществляется переход из Матрицы в настоящий мир, храбрецы выясняются на забитом шоссе. Эту сцену готовили в течение целого года до съемок, а перемещения тяжелых транспортных каскадёров и средств были первоначально смоделированы на компьютере.

Вместо того дабы закрывать на пара недель какое-либо уже существующее шоссе, декораторы сделали вывод, что удачнее выстроить собственный — что и осуществили на территории той же самой базы в Аламеде. Строили на совесть — со дорожными знаками и всеми разметками. Обошлось строительство в $45 за 1 кв. м. По окончании окончания съемок покрытие было разобрано и послано в Мексику, где его применяли при постройке домов для бедных.

Большое количество времени ушло на то, дабы снять, как взрывается одна из автомобилей. Братья Вачовски желали, дабы взрыв был без дыма, и потому традиционно применяемый в таких эпизодах пороховой запал не подошел: было нужно взрывать азот. Дабы подобрать совершенный звук для данной сцены, Джон и режиссёры Гаэта затеяли стрельбу по жестяным тарелкам и пристально прислушивались к тому, что у кого получается.

ПМС и дождевая установка

Третья «Матрица» вышла в прокат через полгода по окончании первой. Главным сражением «Революции» была битва за Сион: свободные люди обороняли собственный город от вторжения автомобилей. Одно это сражение обошлось в $40 млн. Из множества ужасных автомобилей и роботов, созданных по эскизам живописца Джеффа Дэрроу, самыми впечатляющими были смертоносные летающие кальмары.

Дабы имитировать действия их щупалец, употреблялся симулятор езды на мотоцикле, что каскадёры и статисты прозвали «машина ПМС» (от англ. «please make it stop»).

Но самым эффектным эпизодом последней части трилогии стал финальный поединок Нео и агента Смита называющиеся «superbrawl» («суперсхватка»). Его воздействие разворачивалось под проливным дождем в грозовом небе над Матрицей и на земле, где за сражением замечали бессчётные двойники-клоны агента Смита. Первоначально планировалось применять для съемок тренажер-самолет НАСА, но по окончании проб сделали вывод, что мысль себя не оправдывает.

Была сконструирована особая установка называющиеся «tuning forks», которая разрешала каскадёрам и актёрам симулировать невесомость. По всему диаметру площадки, прозванной за собственную форму «яйцом», под потолком были протянуты рельсы, к каким привешивались тросики для актеров. В том направлении и обратно участников драки передвигали техники — «так что мы теряли контроль над тем, куда мы движемся», сетовал Ривз.

Режиссеры настаивали на том, что им нужен особый ливень, с большими, тяжелыми каплями, и инженеры съемочной группы два месяца разрабатывали соответствующую дождевую установку. Вода в ней проходила замкнутый цикл: очищалась и снова подавалась на площадку. Актеры носили под костюмами влагонепроницаемую одежду, но это мало помогало.

Согласно точки зрения Ривза, работа под дождем была самой сложной частью съемок. «На нас выливалась тонна воды в 60 секунд либо что-то типа того, — жаловался он. — Мы были мокрыми с головы до ног в течении 40 дней!» Наряду с этим Кину Ривз и Хьюго Уивинг нежданно поняли, что не слышат и не видят друг друга: капли через чур громкие, а на глазах, как у всех в «Матрице», чёрные очки. Было нужно играться по памяти и руководствуясь интуицией.

Многоголовый агент

Отдельной работы "настойчиво попросили" три последовательности замечающих за поединком агентов Смитов. Первые два последовательности занимали болванки и манекены. Статисты, одетые в парики и маски Смита, находились в заднем последовательности.

Посредством совокупности рычажков они руководили синхронным перемещением манекенов — те должны были в один момент поворачивать головы.

Сто десять голов агентов были сделаны из силикона — материала, самоё близкого по внешним особенностям к людской коже. Сперва готовившие данный необыкновенный реквизит живописцы Рик и Шармейн Коннелли думали, что глаза им делать не пригодится: все те же чёрные очки решают эту проблему. Но позже оказалось, что от всевидящей камеры ничего не скроешь; глаза было нужно пририсовать карандашом. Для всех голов были созданы «парики Хьюго», устойчивые к дождю.

Болванкам питал зависть к сам Уивинг: его личная шевелюра, не обращая внимания на тонны вылитого на нее лака для волос, совсем не держала форму. В следствии ему также было нужно надеть «парик агента Смита». По большому счету сниматься с двойниками ему понравилось, если не считать того, что, разглядев сделанные «с него» парики, актер понял, что его волосы очень сильно поредели.

Статистов для этого эпизода набирали по объявлениям в газетах Австралии, куда к этому времени переместились съемки. Дабы привлечь побольше народа, продюсеры дали согласие указать не только требуемый рост и вес кандидатов, но и наименование фильма. Очередь желающих учавствовать в съемках растянулась на семь кварталов. Перед тем как приступать к пробам, с претендентов брали подписку о неразглашении.

Затем начинался процесс отбора: всех кандидатов просили заступить в вырезанный в картоне силуэт Уивинга, дабы проверить, как совпадают фигуры. Подходящих собрали всего около сотни, и пара человек отсеялись позднее: на протяжении примерки масок оказалось, что не все способны пребывать в них продолжительно, не испытывая приступов клаустрофобии. Оставшиеся по окончании всех мучений 60 человек были наряжены в маски, и вдобавок 20 — выбриты наголо, и на них надели парики агента Смита.

Перед съемками самые отчаянные из статистов удостоверились в надежности на себе, каково будет целый сутки простоять под проливным дождем. Результатом этого теста стало то, что в непромокаемую одежду облачили всех — от греха подальше.

Победа либо провал?

За первую семь дней в мировом прокате третья «Матрица» собрала более $230 млн, а продюсер Джоэль Сильвер с удовлетворением отмечал, что за 2003 год братья Вачовски принесли студии Warner Bros. свыше миллиарда долларов. Но многие фанаты были разочарованы последней серией, не обращая внимания на все находки команды мастеров по эффектам.

Статья размещена в издании «Популярная механика» (№15, январь 2004).

Шок! Реакция американской прессы на победу Ломаченко! добро пожаловать в матрицу..


Темы которые будут Вам интересны:

Читайте также: