«Подводная война в северной европе»: доклад из вашингтона ко дню вмф россии — «технологии»

«Подводная война в северной европе»: доклад из вашингтона ко дню вмф россии - «технологии»

22 июля 2016 года американский Центр стратегических и интернациональных изучений (CSIS) опубликовал 50-ти страничный доклад с характерным заглавием «Подводная война в Северной Европе» (Undersea Warfare in Northern Europe). Доклад посвящен противостоянию НАТО и США с Русским Федерацией в части подводной войны в регионе Северной Атлантики и на Балтийском море. Доклад содержит практические советы, как конкретного, так и более неспециализированного замысла по организации противолодочной обороны НАТО в Северной Атлантике и на Балтийском море.

Базирующийся на Вашингтон Центр стратегических и оборонных изучений был основан в 1962 году и трудится уже более 50 лет.

Кроме широкой аффилированной сети, CSIS в собственном штате имеет более 220 постоянных сотрудников, и его задачей есть исследовательская деятельность по проблемам стратегической безопасности США с разработкой рекомендаций для ответов действующих политиков.

Потом о содержании доклада. Его авторы констатируют: военно-морское развертывание русских подводных лодок находится на самом большом уровне, замечаемым с момента окончания холодной войны. Лишь в прошлом году Российская Федерация увеличила собственные подводные патрули на 50%. Подводная активность России есть частью более большой кампании, направленной на оказание давления на НАТО в Восточной Европе и за ее пределами.

Текущая активность российского подводного флота достигла уровня невиданного по окончании окончания холодной войны. НАТО тревожит рост масштабов и объёмов русских военно-морских учений, ввод в строй по окончании долгого перерыва «новых поверхностных и подповерхностных комбатантов», а кроме этого системное запугивание Запада в Балтийском море и в Северной Атлантике. Подводная деятельность в докладе расценивается, как «военно-морская агрессия России».

Действительно, в втором месте доклада согласится, что «кое-какие законные действия смогут смотреться враждебно, по причине того, что Российская Федерация возобновляет более постоянные действия с низкого уровня по окончании окончания холодной войны, поскольку она начинает восстанавливать собственную подводную силу по окончании нескольких лет атрофии». Тем не меньше, в докладе констатируется, что занятая «агрессивная позиция» России против Соединенных Европы и Штатов вряд ли изменится в следующем десятилетии. Исходя из этого подводная активность России испытывает недостаток в ответе НАТО.

Российские военно-морские цели. Стратегия, структура и доктрина российского ВМФ не изменились коренным образом со времен советского ВМФ. Российский ВМФ проводит те же миссии и с теми же «платформами», как и его коммунистический предшественник, но лишь в существенно меньшем масштабе.

По опыту Второй мировой советские военно-морские стратеги признали, как замечательным потенциалом может владеть подводная война перед лицом соперника, имеющего превосходящие возможности по части надводного флота.

1. Российские ВМФ делают функцию стратегического сдерживания в части активного патрулирования с высокой степенью готовности, а кроме этого защиты свойства морского базирования сил сдерживания для исполнения данной миссии.

2. Обеспечение «анти-доступа» (в противном случае — территорий отказа) соперника. Защита морских районов, имеющих для России геостратегическое значение, — Арктики, Баренцева, Балтийского и Тёмного морей осуществляется комбинированными военно-морскими и военно-воздушными возможностями.

Как континентальная держава, РФ и СССР применяли на море т.н. на Западе «стратегию морского отказа», т. е. недопущения соперника в морские районы, из которых возможно было бы наносить удар по сухопутной территории страны. «Стратегия отказа» пытается к предотвращению применения моря в собственную пользу соперником. «Стратегия морского отказа» породила особенный класс русских подлодок ПЛАРК — носителей крылатых ракет громадной дальности. В случае если американские ПЛАРК несут крылатые ракеты класса морская поверхность-суша, то российские ПЛАРК — морская поверхность-корабль.

Основной целью для русских крылатых ракет подводного базирования остаются авианесущие соединения США. Многие из возможностей «стратегии отказа» Российская Федерация на самом деле применяет для защиты собственных ПЛАРБ, т. е. для обеспечения стратегического сдерживания НАТО и США.

3. Военно-морская мощь употребляется Россией с целью достижения безграничных политических целей. Российская Федерация имеет продолжительную традицию применения собственных военно-морских возможностей в целях стратегической сигнализации своим соперникам. В настоящее время Российская Федерация расширяет собственные подводные операции в рамках более широкой стратегии, направленной на принуждение собственных соседей, Организации Североатлантического соглашения (НАТО) и Соединенных Штатов.

Подводная активность подкрепляет попытки России сохранить, а в случае необходимости и вернуть ее классическую сферу влияния. ВМФ России применяет подводные лодки в качестве «немногословного откровения» для принуждения и устрашения соперника. «Неоднозначность, свойственная подводной войне, формирует чувство русской подводной вездесущности», — констатируется в докладе. Деятельность русского флота в Балтийском Северной Атлантике и море демонстрирует, как серьёзны ВМС с целью проведения более широкой кампании принуждения.

Состояние российского подводного флота. В случае если делать выводы по армейским расходам, то ВМФ кроме того с его стратегической составляющей не являются в настоящее время высшим армейским приоритетом для России. Российская Федерация инвестирует больше в собственные мобильные межконтинентальные баллистические совокупности наземного базирования, чем в собственные стратегические ракетные совокупности, размещенные на ядерных подводных лодках — ПЛАРБ.

Русский программа оружий на 2011–2020 годы предусматривает выделение 26% от общего объема на российский ВМФ.

В результате применения части средств, выделенных на ВМФ, Российская Федерация находится в ходе модернизации собственного подводного флота, как в части строительства новых подводных судов, капремонта имеющихся и введения новых совокупностей их оружия. Российские подводные лодки, в большинстве случаев, считаются весьма «талантливыми судами» при надлежащем состоянии.

В финише холодной войны кое-какие западные аналитики полагали, что СССР был на пике обгона США по части звуковой малошумности собственных подводных судов. на данный момент американские адмиралы публично признали преимущества по части малошумности последней российской ПЛАРК «Северодвинск» — головного корабля проекта 885 «Ясень».

По сумме достижений «Северодвинск», как думается, есть судном, которое приближается, а в некоторых случаях превосходит самую новейшую американскую АПЛ того же класса. Новейшие российские ПЛАРБ класса «Долгорукий» — проекта 955 «Борей» сравнимы с американскими ПЛАРБ типа «Огайо».

ВМФ России выходит из собственного неспециализированного недомогания по окончании окончания холодной войны. К моменту уничтожения СССР его ВМФ имел в собственном составе 240 подводных лодок. В настоящее время в составе российского ВМФ находится 56 подводных лодок. Приоритетом упрочнений для русского ВМФ остаются ПЛАРБ.

Эти ПЛАРБ в дополнение с довольно маленьким числом модернизированных дизельных подводных лодок и атакующих ядерных подлодок составляют главную наступательную мощь русского флота. Всего в составе российского ВМФ состоит девять типов подводных лодок. Что касается разглядываемого в докладе района Северной Атлантики, то авторы доклада оценивают в составе подплава Северного флота от 22 до 31 действующих подводных лодок.

Российские источники именуют число 42.

Российская Федерация кроме этого демонстрирует готовность экспериментировать в подводной войне. Российская Федерация поддерживает флот маленьких запасных подводных лодок (американская классификация — SSA/Ssan) для исследования глубин и специальных миссий моря.

По точке зрения авторов доклада, в полной мере возможно, что эти российские вспомогательные суда оборудованы чтобы манипулировать собственными объектами на морском дне либо влиять на глубоководные объекты, в частности, трансатлантические кабеля соперника. По оценке авторов доклада, в Северном флоте стоит до девяти ядерных подводных лодок особых миссий (SSANs). Неизвестно, сколько из них будет в рабочем состоянии.

Российские опыты по глубоководной подводной войне самый тревожат американцев.

Российский ВМФ поддерживает множественные платформы собственной противолодочной обороны (ПЛО). Каждые действующие чужие подводные лодки вблизи территории России должны учитывать на счет собственного риска российские противолодочные возможности.

В американском докладе дается высокая оценка моряков российского подплава. ВМФ России и его подводные силы были в некоей степени изолированы от неприятностей кадров, с которой в настоящее время столкнулась русский армия. Российский подводный флот в подавляющем большинстве случаев укомплектован опытными матросами-контрактниками и офицерами.

Совокупность российского военно-морского образования дает весьма компетентных начальников, каковые прекрасно знают возможности собственных экипажей и подводных лодок. Эта компетентность сочетается с высокой толерантностью к риску и инициативе при исполнении задач.

Неприятности судостроения и текущей эксплуатации. С момента самой низкой точки в 1990-е годы Российская Федерация улучшила обслуживание подводных возможности и лодок их ремонта. Но громадное разнообразие классов и подклассов судов в сочетании с бедностью верфей не внушает громадной уверенности по части техобслуживания существующих и строящихся подводных судов.

обслуживания и Неспособность поддержания подводных лодок стала ахиллесовой пятой ВМФ СССР. Российская Федерация обязана искать улучшения по данной части, если она сохраняет надежду сохранить собственный повышенный рабочий темп. Новые инвестиции в существующие верфи смогут оказать помощь компенсировать эти неприятности, но продолжительное время сборки и расширенные морские опробования новых подлодок говорят о том, что вопросы контроля качества сохраняются в русском судостроительной индустрии.

В докладе отмечается, что Севмаш в Северодвинске, являясь наибольшей верфью в России, остается единственным местом постройки АПЛ в данной стране. Благодаря чрезвычайным упрочнениям, Севмашу удалось избежать массовых увольнений. Предприятие сумело сохранить ядро талантливых судостроителей в течение продолжительного времени.

В течение следующих 5–10 лет Российская Федерация, возможно, продолжит собственные замыслы по разработке нескольких новых судов и постарается реализовать в полном количестве собственную судостроительную программу. Не смотря на то, что самая амбициозная из программ в области развития, возможно, будет сокращена либо задержится из-за текущей экономической и геополитической ситуации в России, которая быстро ограничила российский доступ к главным оборудованию и иностранным технологиям.

цели и Глубина этих сокращений, но, так же, как и прежде остаются открытым вопросом. Спад в Экономике в России есть несомненным вызовом для ее военных. Они сталкиваются с повышением бюджетных ограничений и два раза в 2015 году были мишенью для сокращений бюджета.

Вряд ли бюджет армейского судостроения России может поддерживать строительство АПЛ ценой более чем $ 2 млрд. Цена, строящейся второй субмарины класса «Северодвинск» — К-561 «Казань», образовывает 112 млрд рублей. Это $ 1,4 млрд до падения курса и $ 700 млн по окончании падения курса рубля.

Для сравнения цена сопоставимой по классу американской АПЛ класса «Вирджиния» образовывает $ 2,6 млрд за штуку.

Не обращая внимания на появляющиеся трудности, ВМФ России пытается улучшить собственные возможности в области подводного судостроения. Это относится разработки новых подводных лодок, новых двигательных установок, разработок передовых датчиков и беспилотных подводных аппаратов — морских роботов.

Что касается инноваций, то во время холодной войны ВМФ СССР инвестировал в наглые и технически рискованные программы развития подводных лодок. Речь заходит об АПЛ проекта 705, 705К «Лира» с реакторами и титановыми корпусами с жидкометаллическим охладителем.

Что касается развития класса подлодок с неатомным двигателем, то текущая отчетность говорит о том, что Российская Федерация инвестирует в совокупность водородно-кислородных топливных элементов, похожую на ту, что в настоящее время употребляется на германских субмаринах. Российская Федерация трудится над собственным воздухонезависимым двигателем. Проектируемая совокупность для нового поколения подлодок, каковые придут на смену дизельным «Варшавянкам», уже завершила береговые тестовые опробования.

В области передовых разработок в России кроме этого обширно трудятся над неакустическими способами отслеживания и обнаружения подводных лодок. В докладе согласится, что эти разработки имели возможность бы иметь революционное значение для подводной борьбы.

Второй областью, окутанной тайной, есть развитие Россией беспилотных подводных аппаратов. Они, в собственную очередь, смогут в конечном счете кроме этого революционизировать все нюансы подводной войны. на данный момент западные специалисты сомневаются в способности России самостоятельно развивать эту разработку.

Беспилотные совокупности требуют овладения разработками, в которых Российская Федерация ни при каких обстоятельствах не демонстрировала компетентности в разработке либо производстве.

В итоге в американском докладе констатируется: развитие будущего подводного флота России, возможно, пострадает из-за многих факторов. Интернациональные санкции в отношении России в результате кризиса на Украине в сочетании с ограничением доступа к крайне важным украинским отраслям больно бьют по модернизационным упрочнениям в русском судостроении. Помимо этого, Российская Федерация очень испытывает недостаток в развитии местной индустрии микроэлектроники.

До 2014 года большинство данной технологии была импортирована из европейских источников. Российская Федерация кроме этого страдает от недочёта современного промышленного оборудования.

Будущее российского технического обслуживания и подводного судостроения может кроме этого пострадать из-за надвигающейся кадровой неприятности. Неясно, как достаточным и как продолжительно будет сберигаться существующее ядро высококвалифицированных инженеров, судостроителей и способных рабочих. Существует разрыв между поколениями во многих, если не во всех российских технических областях.

Те, у кого имеется строительства новых и опыт проектирования подводных лодок, уходят на пенсию, не имея подготовленной квалифицированной замены.

(Продолжение направляться)

Источник: Undersea Warfare in Northern Europe. July 2016. A report of the CSIS International security programm. By Kathleen H. Hicks, Andrew Metrick, Lisa Sawyer Samp, Kathleen Weinberger.

New York, London, 2016.

Парад в честь Дня военно-морского флота в Петербурге


Темы которые будут Вам интересны:

Читайте также: