Сражение у доггер-банки

Информационные последствия этого боя были куда больше последствий материальных. В Англии адмирала Битти назвали чуть ли не новым Нельсоном, не смотря на то, что сам адмирал превосходно осознавал всю преувеличенность этого звания. В одном из писем он отмечал: «Все считаюм, что мы одержали блестящую победу, не смотря на то, что на деле это ужасное поражение»

Соперничество английского Гран-Флит (Громадного флота) и германского Хохзеефлотте (Флота открытого моря) в годы Первой Мировой вылилось в серию локальных стычек, не смотря на то, что военно-морские стратеги с обеих сторон прочили полное уничтожение неприятеля в решительном главном сражении, для которого обе державы накопили большое количество замечательнейших дредноутов. На самом же деле главную тяжесть войны несли на себе крейсеры разных классов, тогда как дредноуты смогли помериться силами только в единственном полномасштабном столкновении линейных кораблей – известном Ютландском сражении.

Бой у Доггер-банки имел в полной мере обычную предысторию. Германский Флот открытого моря был пара не сильный английского Громадного флота – если не принимать к сведенью броненосцы додредноутной эры, то восемнадцати британским линкорам противостояли семнадцать германских. Исходя из этого базой боевого планирования немцев было разгром и выманивание неприятеля его по частям за счет концентрации превосходящих сил на конкретном участке морского фронта.

Легко вывести флот дредноутов в Атлантический Океан было нельзя из-за угрозы минных атак и постановок субмарин. Помимо этого, линейные корабли необходимо было не просто вывести в море, но и отыскать им хорошую цель – большую часть английского флота. Данной цели должны были добиться наглые рейды германских линейных крейсеров.

Вызов кинут!

В первый раз с XVII века побережье Англии подверглось бомбардировкам с моря, что было не просто вызовом сильнейшей военно-морской державе, но и большим ударом по её интернациональному престижу. На глазах у всей земли лучший и самый бессчётный флот не смог обезопасисть личные берега. 3 декабря и 16 ноября 1914 года эскадра линейных крейсеров адмирала Франца фон Хиппера совершила рейды на Ярмут, Скарборо, Хартлпул и Уитби.

Обстрел берега с борта тяжелых вымпелов сопровождался скрытой минной постановкой с эсминцев и лёгких крейсеров, в следствии чего около Ярмута на мине подорвалась британская субмарина D-5. 16 декабря эскадра адмирала Дэвида Битти, включавшая в себя 6 линейных кораблей, потеряла 4 линейных крейсера немцев.

Сражение у доггер-банки

Адмирал Франц Риттер фон Хиппер (1863-1932) – командующий германской эскадрой линейных крейсеров
Источник: forums.civfanatics.com

Битти получил приказ любой ценой перехватить эскадру фон Хиппера и не допустить повторных бомбардировок побережья. Эскадра линейных крейсеров с судами усиления перебазировалась в шотландский порт Росайт в заливе Ферт-оф-Форт, откуда им было комфортно выходить наперерез германским группам, действовавшим в Северном море.

Со своей стороны, немцы собирались последовательно придерживаться тактики выманивания – в частности, на начало 1915 года ими планировалась рейдовая операция с направлением на Ферт-оф-Форт с минной постановкой. Линейные крейсеры должны были, как в большинстве случаев, функционировать под прикрытием дредноутов, пребывавших рядом и талантливых стереть с лица земли силы преследования, в случае если таковые покажутся. Но начавшиеся скоро январские шторма нарушили все замыслы немцев.

Линейные крейсеры адмирала Хиппера вынужденно оставались в порту – наряду с этим один из них («Фон-дер-Танн») отправился в ремонт, а линейные корабли 3-й эскадры ушли, дабы учавствовать в учениях на Балтике (Эрих Рёдер, участвовавший в сражении у Доггер-банки, в книге «Гросс-адмирал» пишет, что «Фон-дер-Танн» был кроме этого отряжен на учения в Балтийском море, поскольку линейные силы фон Хиппера в скором будущем не должны были приобретать никаких боевых задач). Так, в распоряжении германского адмирала осталось 3 линейных крейсера, броненосный крейсер «Блюхер», 4 легких крейсера и 18 эсминцев.

«наряд сил» и Поле боя

К концу января погода наладилась, и глава главного морского штаба (в германской терминологии – Адмиралштаба) адмирал Эккерман внес предложение совершить операцию ограниченными силами с направлением на Доггер-банку (наибольшую отмель в Северном море – след суши, когда-то соединявшей Британию с материком). Эти места богаты сельдью и являются рыболовецким угодьем в ста километрах от британского побережья.

Размещение Доггер-банки, карта Гугл

Приводит к удивлению костюм германских сил для данной «охоты на рыбаков». Штабы Германии со времен Клаузевица отличались высочайшей культурой боевого планирования. В этом случае было разумеется, что разогнать британские траулеры в полной мере имели возможность бы 8-10 эсминцев под прикрытием пары легких крейсеров.

Какие конкретно же цели имели возможность показаться на Доггер-банке для бронированных монстров с их 280-мм и 305-мм артиллерией? Иначе, для успешного ведения боя с полноценной эскадрой британцев этого отряда было очевидно не хватает.

Однако, германский главком Фридрих фон Ингеноль идею Эккермана поддержал, и 23 января эскадра вышла в море. Линейные крейсеры «Зейдлиц» (флагман), «Дерфлингер» и «Мольтке» в сопровождении легких крейсеров «Росток», «Кольберг», «Штральзунд», «Граудениц», и броненосного крейсера «Блюхер» и восемнадцати эсминцев забрали курс на Доггер-банку.

Адмирал Густав Генрих Эрнст Фридрих фон Ингеноль (1857-1933) – командующий Флотом открытого моря
Источник: satwarez.ru

Броненосный крейсер «Блюхер», потом погибший в сражении у Доггер-банки
Источник: tsushima.su
?«Разведка доложила совершенно верно»

Британское Адмиралтейство, благодаря прекрасной работе военно-морской разведки (известной «Помещения 40») появилось в курсе перемещений германских судов чуть ли не раньше того, как фон Хиппер получил приказ на выдвижение. На основании анализа дешифрованных радиограмм английский адмирал Джон Рашуорт Джеллико взял сообщение: «4 германских линейных крейсера, 6 миноносца и лёгких 22 крейсеров произведут сейчас вечером разведку на Доггер-банке.

Возвращение их возможно на следующий день вечером. Всем наличным линейным крейсерам, миноносцам и лёгким крейсерам направляться из Росайта в рандеву шир. 55°13′ N, долгота 3°12’0, с расчетом прибыть в указанную точку к 7 часам утра.

Командующему Гарвичскими морскими силами со всеми наличными лёгкими крейсерами и эскадренными миноносцами направляться для встречи с эскадрой линейных крейсеров в 7 час. утра в указанном месте. В случае если неприятель будет обнаружен Гарвичскими морскими силами, при пересечении курса его наступления, его надлежит нападать. Радио пользоваться только при необыкновенной необходимости».

Разумеется, разведка пара ошибалась относительно численности вражеской эскадры, но место рандеву выяснила с точностью до секунды. Из Росайта вышли 1-я и 2-я эскадры линейных крейсеров под неспециализированным руководством адмирала Дэвида Битти: «Лайон» (флагман Битти), «Принцесс Роял», «Тайгер», и «Нью Зиланд» и «Индомитебл» адмирала Арчибальда Мура.

Вместе с ними выступила 1-я эскадра легких крейсеров коммодора Вильяма Гуденафа: «Саутгемптон», «Бирмингем», «Ноттингем», «Лоустофт» и 35 эсминцев. Джеллико с главными силами флота должен был выйти через дни и крейсировать на линии Абердин-Ютландия. Яркое оперирование линейных крейсеров с севера закрывали силы 3-й эскадры броненосцев адмирала Брэдфорда (7 броненосцев типа «Король Эдуард VII), и три броненосных крейсера типа «Девоншир».

Линейный крейсер «Лайон», флагман адмирала Дэвида Битти
Источник: maritimequest.com

Линейный крейсер «Тайгер»
Источник: tsushima.su

Итак, ловушка была расставлена. Для сохранения секретности, которая являлась залогом успеха всей операции, предписывался режим полного радиомолчания, что позволялось нарушить лишь в крайнем случае.

Рандеву передовых сил

24 января в 6-30 эскадра адмирала Битти встретила крейсеры коммодора Гуденафа, каковые начали перемещение с левой стороны от главных сил с неспециализированным курсом на юг. Около 7-10 к эскадре присоединился отряд Реджинальда Тирвита, вышедший из Гарвичской базы. Один из его легких крейсеров («Аврора») в 7-15 нашёл в зоне визуального контакта силуэт трехтрубного корабля и, чтобы не нарушать радиомолчания, дал запрос световым телеграфом.

Вместо ответа трехтрубник открыл огонь – это был германский легкий крейсер «Кольберг», осуществлявший разведку впереди основного отряда немцев.

Линейный крейсер «Зейдлиц» – флагман адмирала фон Хиппера
Источник: steelnavy.com

Германский линейный крейсер «Дерфлингер»
Источник: steelnavy.com

Первые выстрелы сражения были сделаны без промедлений. «Кольберг» накрыл «Аврору» тремя боеприпасами, взял в ответ два попадания и ушел на соединение с германской эскадрой. С «Кольберга» доложили, что замечают бессчётные дымы, на основании чего Хиппер сделал вывод о наличии больших вражеских сил в районе, где, по уверению фон Ингеноля, не могло быть никого, не считая рыболовецких судов. Хиппер решил отворачивать с курса на юго-восток и ждать восхода солнца.

Крейсер «Блюхер», шедший мателотом, сейчас отстреливался от догонявших его английских эсминцев.

Началось преследование. Фон Хиппер имел визуальный контакт с множеством эсминцев и лёгкими крейсерами неприятеля, каковые сами по себе не воображали громадной угрозы его эскадре. Но он справедливо рассудил, что видимые силы соперника могут быть только разведкой, идущей в первых рядах главных сил.

Поспешной ретираде немцев мешал устаревший тихоходный «Блюхер», что не имел возможности развить скорость более 23 узлов.

Битти скомандовал полный движение, сознательно отправившись на разделение сил, поскольку за его «Лайоном», «Тайгером» и «Принцесс Роял» остальные суда не имели возможность угнаться. К 8-00 «Лайон» фактически нагнал замыкающего германский строй «Блюхера». В 8-30 расстояние сократилась до 10 миль, и башенная установка «В» начала пристрелку. Боеприпасы ложились с громадным недолетом, но корректировка огня была делом времени, поскольку расстояние неумолимо уменьшалось.

Фон Хиппер, осознавая, что боя не избежать, приказал поменять кильватерный строй на строй пеленга, чтобы эскадра имела возможность отвечать неприятелю со всего борта. Наряду с этим немцы сохраняли неспециализированный курс на юго-восток, к Гельголанду.

Бой основных сил

Между 9-07 и 9-20 в бой втянулись все линейные крейсеры с обеих сторон. Британцы обстреливали «Блюхер», а немцы били по головному «Лайону». Но, не обращая внимания на пара обоюдных попаданий, неприятели не понесли заметных утрат.

В 9-21 сосредоточение огня на «Лайоне» стало причиной первому заметному результату – флагман Битти получил попадание 280-мм боеприпасом ниже ватерлинии, что стало причиной затоплению угольного бункера.

В то время, когда к бою присоединился «Нью Зиланд», для увеличения результативности английских 343-мм и 305-мм пушек Битти приказал рассредоточить пламя по формуле «1-1», что стало причиной неразберихе с назначением целей. Так, «Блюхер» временно вышел из-под обстрела, а «Тайгер», что должен был трудиться по «Зейдлицу», скоро утратил цель за дымами.

В 9-45 «Зейдлиц» все же взял серьезнейшее повреждение от 343-мм пушки. Боеприпас пробил барбет кормовой башни главного калибра и привёл к пожару. Персональный состав поддался панике, что чуть не погубило корабль – люди открыли двери, и пламя ворвался в подбашенное помещение, где на грани были 6 тысячь киллограм артиллерийского пороха. Лишь экстренное затопление погреба смогло не допустить взрыв.

Однако, корабль окутали частые клубы дыма, и со стороны британцев имело возможность показаться, что германский флагман смертельно ранен.

Одвременно с этим немцы удачно пристрелялись по «Лайону». В 9-45 280-мм пушка линейного крейсера «Мольтке» пробивает носовую часть борта – снайперский выстрел с дистанции 88 кабельтовых, сделанный с рикошетом об воду, стёр с лица земли распределительный электрощит, закоротив две динамо-машины. В 9-54 «Блюхер» дал попадание 210-мм боеприпасом в переднюю башню главного калибра, которая вынужденно замолчала на некое время.

Около 10-15 «Лайон» был накрыт сходу двумя боеприпасами с «Мольтке» и «Зейдлица», что стало причиной затоплению торпедного отсека и нескольких угольных бункеров. Через поврежденный паропровод забортная вода начала поступать конкретно в машину, что стало причиной засолению котлов, почему «Лайон» начал терять движение, а потом на нем вынуждены были застопорить правобортную турбину.

Смерть «Блюхера»

До тех пор пока «Мольтке» и «Зейдлиц» удачно накрывали «громадную кошку» Дэвида Битти, «Блюхер» удачно отразил атаку эсминцев. Но примерно в 10-30 343-мм боеприпас пробил бронепалубу, угодив в снарядный элеватор. Приблизительно 40 картузов с порохом взорвались, дав начало сильнейшему пожару, что уничтожил главные коммуникации, рулевой машинный телеграф и привод.

Крейсер стал скоро терять движение, став легкой мишенью для британских судов. В этого момента его будущее была предрешена – фон Хиппер не имел возможности подставлять три собственных линейных крейсера под удар превосходящих сил англичан для эфемерной надежды спасти «Блюхер». Обстановка осложнялась еще и тем, что «Зейдлиц» был без шуток поврежден.

Однако, между 11-00 и 11-18 германские крейсеры предпринимали попытки поддержать гибнущий «Блюхер» огнем, но позднее из-за его малого хода расстояние увеличилась так, что выстрелы с «Мольтке», «Зейдлица» и «Дерфлингера» прекратили добывать до британцев. Так как помощи от главных сил германского флота Хиппер не ожидал (они все равно опоздали бы к месту боя), оказалось так, что «Блюхер» остался в одиночестве, а линейные крейсеры покинули арену сражения.

Сейчас британцам, каковые владели и численным превосходством, и хорошими скоростными чертями, необходимо было преследовать эскадру фон Хиппера. Но военно-морская фортуна изменчива. В 10-41 «Лайон» взял попадание в барбет носовой башни, и противопожарное затопление отсека стало причиной крену в 10 градусов.

К этому времени турбина правого борта была застопорена, в следствии чего флагман практически вышел из боя. Битти трезво оценивал обстановку и друг за другом дал следующие распоряжения: в 11-05 – «Атаковать хвост колонны неприятеля»; в 11-07 – «Сблизиться с неприятелем». Но адмирал Арчибальд Мур осознал распоряжения по-своему, сосредоточив пламя собственных судов на «Блюхере», что утратил управление и поднялся в замкнутую циркуляцию.

Расстрел «Блюхера» длился около часа. К боевой работе подключились лёгкие крейсеры и эсминцы, поскольку очень сильно поврежденный корабль более не воображал для них важной угрозы. Комендоры «Блюхера» кроме этого продолжали пламя, что был малорезультативен из-за уничтоженной совокупности управления стрельбой и фактически выбитой артиллерии главного калибра.

Немцам удалось только повредить один эсминец попаданием 210-мм боеприпаса и дать единственное попадание в «Тайгер», которое ушло в рикошет, не причинив последнему фактически никаких разрушений. В 12-10 германский крейсер лег на борт и через 180 секунд затонул. Из воды удалось поднять 281-го моряка.

Финальные аккорды

В это же время, Дэвид Битти, видя, что его распоряжения исполняются как-то необычно, сошел с «Лайона» на эсминец «Эттек», дабы нагнать эскадру. В то время, когда он был в районе военных действий, бой уже был окончен, поскольку часовая фора разрешила линейным крейсерам фон Хиппера оторваться на надёжную расстояние. Совсем утративший движение «Лайон» было нужно брать на буксир и отводить его к Росайту.

Так, на протяжении сражения Флот открытого моря утратил один броненосный крейсер, а линейный крейсер «Зейдлиц» получил тяжелые повреждения. Со своей стороны, английский Гран-Флит обошелся серьезнейшими разрушениями на линейном крейсере «Лайон» и выведенным из строя эсминцем «Метеор».

По окончании сражения

Информационные последствия боя были куда больше последствий материальных. В Англии Дэвида Битти назвали чуть ли не новым Нельсоном, не смотря на то, что сам адмирал превосходно осознавал всю преувеличенность этого звания. В одном из писем он отмечал: «Все считаюм, что мы одержали блестящую победу, не смотря на то, что на деле это ужасное поражение».

Практически, британская эскадра, превосходившая германскую по всем параметрам, смогла потопить всего лишь один крейсер не обращая внимания на громадную скорость и подавляющее преимущество в весе бортового залпа. Всю меру ответственности возложили на адмирала Мура, что не только неверно прочел приказ Битти, но и не смог оценить тактической обстановки.

Первый морской лорд адмиралтейства Джон Арбетнот Фишер убрал его подальше от главного театра боевых действий – руководить крейсерами на Канарской базе ВМФ, где тот не имел возможности более навредить. Собственного поста лишился и главком германского флота Фридрих фон Ингеноль. Стратегам с обеих сторон было о чем задуматься.

Британцам – о малой результативности стрельбы с громадных расстояний (не смотря на то, что их 343-мм пушки Мark V владели впечатляющей дальнобойностью (более 21 км), прицельность оставляла хотеть большое количество лучшего).

Башенные установки орудий Мark V 343\45 на британском линейном крейсере «Тандерер»
Источник: commons.wikimedia.org

Помимо этого, на определенные мысли наводила непотопляемость германских судов. «Блюхер» затонул только по окончании нескольких торпедных попаданий (до семи!) и от 70 до 100 попаданий снарядов. А ведь главное сражение, которое планировало английское Адмиралтейство, произошло бы не против броненосных крейсеров, а против полноценного флота супердредноутов! Неизвестно, удалось бы британцам отделаться так легко, оставайся в строю вражеской эскадры «Фон-дер-Танн» с его восемью 280-мм орудиями.

Горящий крейсер «Блюхер» дает критический угол крена. До смерти ему остается около пяти мин.
Источник: fotoleren.nl

Одновременно с этим, перед германской стороной кроме этого поднялся множество вопросов. Во-первых, немцам было очень нужно совершить анализ потрясающей осведомленности английской разведки. Целый движение событий около боя у Доггер-банки, стоившего жизни 1116 германским морякам, сказал о том, что кодированные радиограммы сейчас не более чем секрет Полишинеля.

Однако, ко времени Ютландского сражения 1916 года обстановка не изменилась, и никаких выводов сделано не было (нарушение секретности отнесли на счет агентурной разведки британцев). Во-вторых, встал вопрос о целесообразности применения разнотипных судов в едином тактическом подразделении.

В-третьих, пожар в артиллерийских отсеках «Зейдлица» вынудил немцев модернизировать механизмы подачи снарядов к орудиям, и откорректировать распорядок боевой работы личного состава. Отныне двери в башне запирались, а ключ хранился у начальника, наряду с этим открытие дверей производилось лишь по команде.

В целом же тактическая, равно как и стратегическая ситуация на морском театре боевых действий особенных трансформаций не претерпела – английские и германские дредноуты ждали главного сражения, до которого оставалось еще больше года.

World of WarShips. Боевая эксплуатация немецких дредноутов. Доггер-Банка. Часть 2


Темы которые будут Вам интересны: