Тепловой удар: новые меха для старых героев

Тепловой удар: новые меха для старых героев

Первая история о приключениях мамонта Мэнни, ленивца Сида и саблезубого тигра Диего показалась на экранах весной 2002 года. Спустя четыре года мы опять встречаем отечественных храбрецов, а вместе с ними — общую любимицу, саблезубую белку, которая так же, как и прежде гонится за неуловимым орехом. Доблестную компанию ожидает новая напасть: снег тает и половодье угрожает стереть с лица земли их родную равнину со всеми ее жителями.

Фильм четырехлетней давности был примечателен элегантной простотой, которая была результатом отсутствия у студии Blue Sky денег на дорогие эффекты. К началу съемок продолжения обстановка изменилась: показались более цифровая анимация и эффективные технологии совсем утвердилась в качестве прибыльного и популярного жанра. Помимо этого, все не забывали, что первая картина собрала в мировом прокате $375 млн.

Режиссер Карлос Салдана применял вдвое больше эффектов, чем было в «Ледниковом периоде». Над новой картиной трудилось 65 аниматоров — практически в два раза больше, чем четыре года назад.

Любопытно, что киностудия Fox собиралась выпустить «Ледниковый период-2: Глобальное потепление» как возможно раньше, и у создателей картины оставалось мало времени. Они сумели закончить фильм за половину срока, что в большинстве случаев отводится на подобные проекты. Времени на неточность не было, все эффекты должны были создаваться максимально скоро и как следует.

Сценарий же был отточен так, что не осталось никаких «лишних сцен» для выпуска на DVD.

Любовь к двум опоссумам

Вид отечественных ветхих привычных — Мэнни, Сида и Диего — остался практически без трансформаций: любимцы зрителей должны смотреться такими же, как четыре года назад. Но кое-какие усовершенствования все-таки были внесены, и репертуар чувств стал существенно разнообразнее. «Мы легко поменяли наружность тигра Диего, — говорит аниматор Дэвид Торрес. — В «Глобальном потеплении» у него более близко поставлены глаза, и манеры больше напоминают кошачьи. Мы сделали его открытым и менее страшным».

Что касается саблезубой белки, то она взяла дрожащий новый хвост и нос; в случае если в первом фильме он напоминал воздушный шарик, то на данный момент больше похож на настоящий беличий хвост.

Для фильма было создано 35 новых персонажей. В отыскивании воодушевления аниматоры студии Blue Sky посетили зоопарк в Бронксе, и взглянули кучу фильмов и ТВ-передач. Самые обаятельные из новичков — мамонтиха Элли, которая уверена, что в действительности она опоссум, и ее развеселые спутники, опоссумы Крэш и Эдди.

Элли стала любимицей живописца Питера Де Сева, что трудился и на первой картине. «Элли умна и эксцентрична», — говорит он с восторгом. Дабы сделать мамонтиху более женственной, аниматоры нарисовали ей округлые, но красивые формы, шерсть и смешную причёску с красным оттенком.

Что касается братцев-опоссумов, то за возможность поработать с ними спорили все аниматоры Blue Sky. «Мы в них », — говорит режиссер фильма Карлос Салдана. Дабы сделать Крэша и Эдди более точными, Питер Де Сев изучал различные виды грызунов, а также луговых собачек и сурикат — маленьких полосатых хищников из пустынных районов Южной Африки. Больше всего времени и сил ушло на анимацию хвостов опоссумов, которыми они цеплялись за деревья, вися вниз головой.

Сперва макет каждого из «новичков» лепили из глины, после этого сканировали, превращая в трехмерные компьютерные модели. Следующим этапом было оснащение персонажей мускулатурой и скелетом, и определение контрольных точек для управления челюстями, веками и бровями — всем тем, что высказывает чувстве. Конечно же, не было возможности забывать и о глазах. Карлос Салдана настаивал на том, дабы глаза храбрецов казались живыми, а не механическими.

Исходя из этого работа над глазами одного из зверей имела возможность занимать больше времени, чем работа над многофигурными сценами с несколькими десятками персонажей. Где-то лишний блик, где-то морщинка, где-то чуть расширившийся зрачок — казалось бы, незаметные мелочи, но как раз они делают существ из «Ледникового периода» более «живыми».

Волосатость: повышенная

Главным технологическим новшеством «Глобального потепления» стала работа с мехом. «Мех был самой большой отечественной проблемой, но и самой громадной эйфорией», — говорит Карлос Салдана. Практически любой из персонажей взял около двух миллионов отдельных волосков. «Мех делается независимым персонажем, — додаёт основатель Blue Sky Карл Людвиг. — Он выглядит как настоящий и ведет себя как настоящий. В нем имеется не только блеск и густота — мы видим, как любой волосок отбрасывает тень».

В ветхом фильме мех сперва рисовали в 2D, а после этого интегрировали в 3D-картину — другими словами практически рисовали шерсть прямо на теле персонажа. Сейчас мех «выращивали» уже объемным. Совокупность, созданная под управлением программиста Мориса Ван Свайджа, разрешала рисовать любой волосок в 3D и раскладывать его на воксели — мельчайшие составляющие трехмерных цифровых изображений.

Так компьютер рисовал миллионы личных волосков, различных по текстуре, волнистости и плотности. Аниматоры задавали общий стиль и векторы движения «прически», а после этого выделяли отдельные волоски — по одному на пара тысяч, — каковые становились собственного рода «агентами влияния». Команды аниматоров использовались к этим волоскам-«агентам», а они, со своей стороны, распространяли их на все остальные волоски.

Распределением света по меху занималась фирменная программа CGI Studio, которая употреблялась для всех снятых на Blue Sky картин. Эта программа отслеживает световые потоки из множества источников одновременно и просчитывает, как свет взаимодействует с разнообразными поверхностями.

Кругом вода

Значительно чаще в «Глобальном потеплении» мех взаимодействует с водой. Персонажи всегда плещутся в воде, ныряют и плавают. Режиссер больше всего гордится сценой, в которой опоссумы находятся наполовину в воде. Мех поверх воды мокрый и слипшийся, а тот, что остается в воде, — волнистый и развевается по течению.

Эта сцена кроме этого была сделана в программе CGI Studio.

Вода была серьёзна для фильма не меньше, чем мех. Создатели «Глобального потепления» находились перед непростой задачей: с одной стороны, вода должна быть водой, другими словами смотреться конечно и не нарушать законов природы. Иначе, речь заходит о мультипликационном фильме, а это значит, что обязана находиться определенная часть стилизации.

У мультипликационной воды имеется собственный темперамент — то игривый, то угрожающий. С целью достижения для того чтобы результата, согласно точки зрения сотрудника Blue Sky Роберта Кавалери, требуется громадная гибкость в управлении виртуальной водой, чем предлагают классические программы.

В первом фильме вода практически не находилась, и исходя из этого разработку было нужно продумывать с нуля. На Blue Sky применяли программу RealFlow испанской студии Next Limit, которая создала комплект приложений для анимации жидких субстанций. Полученные результаты обрабатывались в программе CGI Studio — так добавлялась машинально сгенерированная компьютерная пена около скал либо прыгающих в воде храбрецов.

Помимо этого, кое-какие всплески были анимированы вручную, а для громадных волн употреблялась процедурная анимация — аниматоры задавали направление, скорость течения, объём и форму волны, а все другое делал компьютер.

Звуковая дорожка

Звуковыми эффектами занимался Рэнди Том, что раньше трудился над фильмом «Война миров» Стивена Спилберга. Его основная задача была в том, чтобы поддерживать подспудное чувство опасности, которое формирует звук неспешно подтаивающей толщи льда, присутствующий в кадре практически неизменно. С целью достижения этого результата Том соединил на компьютере записи звуков ледохода на реке со звуком, что получается, в случае если трясти емкость, наполненную кубиками льда.

По традиции персонажей фильма озвучивали узнаваемые американские актеры. В большинстве случаев исполнители не пересекаются на протяжении звукозаписи — любой играет свою роль наедине с микрофоном. Но для молодых актеров Джоша Шона и Пека Уильяма Скотта режиссер сделал исключение. Они озвучивали двух радостных опоссумов, и для опыта их разрешили войти в студию звукозаписи вдвоем. «Это было как ураган и торнадо в одном флаконе», — говорит Джош Пек.

Актеры превосходно сработались, выдав настоящий фейерверк остроумия. Действительно, Карлос Салдана решил опыт не повторять.

Другие актеры применяли собственные приемы «вхождения в роль». Так, Джон Легуизамо, озвучивший ленивца Сида, намерено бегал перед записью тех сцен, в которых его храбрец должен был казаться запыхавшимся. А Рэй Романо (мамонт Мэнни) обретал боевой настрой перед ответственными для собственного персонажа сценами, перетягивая канат с режиссером.

Но к своим заслугам — как спортивным, так и актерским — Романо относится трезво. «Мы, актеры, озвучивающие храбрецов, приобретаем все похвалы за их «игру», но в действительности заслуга в собственности аниматорам», — говорит Рэй Романо.

Так или иначе зритель оценил готовый продукт: уже через 10 дней американского проката картина окупила собственный 80-миллионный бюджет.

Гражданам России красивые зверушки из «Ледникового периода» также оказались по душе. В первые же дни триумфального шествия «Глобального потепления» по киноэкранам Российская Федерация по кассовым сборам опередила кроме того таких признанных фаворитов кинопроката в Европе, как Испания и Великобритания ($15 млн. за первые 11 дней показа). Старт «Глобального потепления» был признан самым прибыльным в постсоветской истории среди зарубежных фильмов, включая кроме того такие хиты, как «Матрица. Война» и «Революция миров».

Так что за харизматичную белку и других персонажей фильма возможно честно порадоваться: они не только сохранили собственных верных поклонников, но и купили множество новых.

Весна идет, весне дорогу!

В ландшафте первого фильма господствовали лёд и снег. Но с наступлением глобального потепления пейзаж делается более разнообразным. «Я желал, дабы у зрителя было чувство весны, — говорит режиссер. — Помимо этого, в новом фильме имеется романтическая линия, и я желал, дабы он смотрелся теплее, чем прошлый». Появляются деревья (более 150 пород), земля и зелёная трава под ногами.

Всего для фильма «Глобальное потепление» было создано 40 различных декораций, и это неудивительно — так как храбрецы опять путешествуют. Большинство декораций конструировалась в компьютере, минуя стадию «настоящего» макета. Были выстроены полноценные объемные пейзажи с громадным числом подробностей кроме того в том месте, куда виртуальная камера не планировала заглядывать.

Это не было бездумной тратой времени и ресурсов: аниматоры жаловались, что на протяжении работы над первым фильмом цифровые декорации строились строго под задуманный ракурс, что весьма ограничивало возможности улучшить тот либо другой эпизод либо продемонстрировать его по-второму.

Гибкость в движении

«Апдейт» персонажей не ограничивается новым мехом. Все модели были практически выстроены заново, взяв скелет и новый — эластичный — каркас.

В первом фильме единственным персонажем с эластичным каркасом была саблезубая белка (быть может, как раз этим и разъясняется ее обаяние), а у главных героев каркас был твёрдым. «К счастью, нам не было нужно иметь дело с мускулами, перекатывающимися под кожей, они были скрыты слоем меха, — говорит Дэвид Торрес. — Как раз каркас создавал иллюзию внутренней структуры». Он разрешал и сохранить объем: при вытягивании части моделей становились уже, а при сокращении утолщались. «Эту технику возможно было использовать к любым частям тела: рукам, ногам, хвосту, морде либо кроме того глазам, — додаёт Торрес. — Но, не смотря на то, что это очень замечательный инструмент, мы не стали применять его неизменно, как это сделано, к примеру, в ‘Мадагаскаре’. Гибкость отечественных персонажей проявляется не в статике, а в движении, придавая ему громадную натуральность».

Статья размещена в издании «Популярная механика» (№44, июнь 2006).

Как отличить тепловой удар от солнечного


Темы которые будут Вам интересны:

Читайте также: